Книга Кодекс Практика: Страница 4, страница 62 – Артем Сластин, Игорь Маревский

— Но тебя это «проклятье» не коснулось? И почему ты не пошёл к Академии, как хотел?

Вэй и Лан переглянулись и мужчина вытащил из-под рубахи маленький мешочек на кожаном шнурке. Внутри лежала единственная коричневая пилюля, чьи края были заметно стёрты от частых прикосновений.

— Я был неофитом. — заговорил Вэй, — как и ты, поэтому успел совсем немного прикоснуться к пути бессмертия.

— Значит ты практик? — Спросил я, пытаясь нащупать его духовную силу.

— Да куда уж там, — рассмеялся человек, — даже полностью очистить тело для закалки не успел, но видимо, этого хватило, чтобы порча меня не коснулась.

Я взял пилюлю из рук мужчины, несмотря на его встревоженный взгляд и покрутил перед глазами. Под рукавом ханьфу завибрировал браслет Кодекса, но я не придал этому значения. Сай учила, что ингредиенты и качество продукта можно определить, как минимум на вкус. Пришлось коснуться кончиком языка и горький вкус говорил о том, что пилюля настоящая. Вот только на ней было ровно семь трещин и качество оставляло желать лучшего. Видимо на ней и провалился, а затем украл результат и унёс с собой в виде напоминания.

— Ты не ответил, почему не пошёл в Академию за помощью, — повторил свой вопрос, возвращая пилюлю владельцу.

Вэй посмотрел на Лан, растягиваясь в улыбке.

— Новенький?

Лан молча кивнула.

— Скажем так, — произнёс травник, убирая мешочек под рубаху, — Академия не из тех, кто любит полумеры. Может для тебя, как таланта и вставшего на путь практика, шесть тысяч душ ничего не значат, но для меня — это мой дом. Академия не станет разбираться в причине проклятья или порчи, а пошлёт одного мастера, который с высоты, порхая на мече, превратит всю деревню в огромный кратер.

— Поэтому я до последнего тебе и не рассказывала, Ян, — наконец прервала она своё молчание, — Я не была уверена, что ты станешь мне помогать, учитывая твои отношения с магистром Чэном. Я боялась, что ты ему всё расскажешь и меня убьют вмести с этими людьми, так как по уставу Академии, я просто обязана докладывать о всех духовных аномалиях в провинции. А за неповиновение…

— Смерть. — Закончил за неё, глядя в карие глаза девушки, — Я помню, Лан, можешь не повторять. Так сколько вас? — обратился к травнику, — есть кто-нибудь, кто не сошёл с ума или ты такой один?

Вэй ответил сразу.

— Один. Остальные уже не люди.

— Нужно показать ему амбар, — приглушенно произнесла Лан, будто боялась, что её услышат.

— Там мы держим тех, кому совсем плохо. — пояснил Вэй, вставая с лавки, — По какой-то причине они отказываются умирать, а меня рука не поднимается их убить.

Я встал вместе с остальными.

— А что насчёт свиней? Не получится и дальше трупы скармливать?

Лан покачала головой.

— Мы встретились с тобой в двух днях пути от города, где покупала свежих зверей, поэтому представь, как мне пришлось далеко идти. Вся эта легенда с отцовской фермой рано или поздно выползет наружу, так что время подходит к концу.

Следом мы вышли из дома и пошли к окраине деревни, где над холмом возвышалось длинное и низкое строение, сложенное из грубых бревён. Дверь была заперта на тяжелые два засова и подпёрта бревном снаружи. Так поступают лишь тогда, когда хотят, чтобы запертые внутри люди ни в коем случае не вырвались наружу.

— Ты готов? — Спросила Лан, с лёгкостью отодвигая засовы.