Книга Кодекс Практика: Страница 3, страница 8 – Артем Сластин, Игорь Маревский

На запястье завибрировал Кодекс, выдавая очередное сообщение о находящихся неподалеку интересных растениях, довольно часто, к слову, попадающихся. Поначалу я пытался их собирать, складывать в мешок и бежать дальше, но потом бросил. Срезал то я их ножом, а те, что вырывал с корнем, тоже варварски страдали от такого обращения и портились уже через несколько часов, от чего приходилось их выкидывать.

Я заметил, что сердце перебралось выше и колотило уже где-то в горле. Не знаю, сколько ещё смогу пробежать, прежде чем рухну камнем на землю, но пора подумать о каком-нибудь прибежище. Смысл бежать в никуда? Может передо мной расстилаются лишь сотни тысяч километров леса без малейших следов цивилизации и что теперь? Бежать, пока не умру от усталости? Такое себе на самом деле.

Как-то само собой вспомнились разговоры с Фэном, который говорил, что из деревни можно выбраться лишь с помощью караванов, которые в свою очередь вели исключительно опытные следопыты. Лишь им одним был известен путь до города, скорее всего из-за ограниченной торговли между поселениями.

Ну что же, слова Фэна внезапно обретали смысл и я практически уверовал в них, словно в священное писание, как вдруг в голове начали всплывать образы. А был ли вообще Фэн? Изголодавшийся и откровенно вымотанный разум начал играть со мной в жестокие игры. Образы из памяти смешивались друг с другом, а мне всё сложнее было сосредоточиться и разделить их по временной шкале.

На одном из них мы с Фэном впервые обсуждали возможность открытия ресторана, как вдруг все резко менялось и вот он стоит передо мной с таким выражением лица, словно впервые меня увидел. Так может и не было никаких слов? Может и самого торговца рыбой я попросту выдумал, или это было частью тёмного сознания завладевшим моим телом? Я если честно, уже ни в чём не был уверен, но проверять уже было поздно.

Я на мгновение обернулся убедившись, что за мной не было погони. Не слышал ни шагов, ни чувствовал чужой ци, однако это не значило, что можно остановиться и устраивать себе полноценный восьмичасовой сон, как бы сильно этого ни хотелось бы. В конце концов, опытные следопыты могли двигаться по лесу с грацией кошки, аккуратно и в то же время быстро. А могли попросту меня где-нибудь поджидать, приготовив засаду в сразу нескольких местах.

— Чёрт… да где же они! — Пробурчал себе под нос, срываясь на частое дыхание.

Лес вокруг жил свой жизнью, но для меня он стал одним сплошным шумом. Каждый треск веток — это подкрадывающийся по спины враг. Каждый шорох листвы — значит кто-то спрятался в кустах. Вспорхнула птица? Ожидай атаки сверху. Так и ко всему, будто накрывающей с головой паранойи было мало, тело начинало сдавать.

Это чувствовалось в мелочах. Из-за налитых свинцом ног, шаг постепенно сбивался, а руки то и дело, не успевали отвести ветку, отчего та хлёстко била меня по лицу. Ещё и это дурацкое взгорье, по которому я бежал, то вниз, то вверх, от чего силы таяли ещё быстрее. Пальцы дрожали, когда пытался ухватиться за кору дерева, чтобы не завалиться на повороте, но хуже всего было не это. Хуже всего то, что силы у меня всё ещё были, вот только мышцы тела находились на пределе, готовые порваться в любой момент. И он наступил как раз тогда, когда я перепрыгнул через очередную корягу и не смог достаточно высоко поднять ноги.