Книга Кодекс Практика: Страница 1, страница 40 – Артем Сластин, Игорь Маревский

Я свернул в проулок между рядами, ориентируясь по запаху и понял, что попал куда нужно. Мясной ряд. Здесь было поменьше народу, но толчея тоже знатная. Прилавки ломились от туш: тут были и обычные свиньи, и какие-то длинноногие олени с ветвистыми рогами, и даже нечто, похожее на крокодила, только с перьями.

Я принялся высматривать, где можно взять кости подешевле. В голове крутились мысли о ценообразовании. Я всё-таки вспомнил, что за тарелку лапши вчера мне кинули три медяка. Значит, три медяка — это примерно стоимость сносного обеда. Килограмм костей должен стоить… Ну, допустим, медяка три? Плюс яйца. Яйца, должны быть дешевле. Судя по тому, что лук продавали целую связку за медяк, ток и за десяток яиц может тоже две, три монеты. Мне бы штук пару десятков яиц и кило костей, желательно с мясом, чтобы бульон наваристый был.

Мой взгляд упал на прилавок, где мужик в окровавленном фартуке ловко разделывал тушу кабана. Разделывал он её с такой лёгкостью, словно та была из масла, а не из плоти и костей. Его топор, широкий и тяжёлый, с лёгкостью рассёк позвоночник. Этот мясник явно тоже не прост.

Впрочем, Фэн же говорил, что в деревне полно народу культивирует.

— Хорошего вам дня уважаемый, — обратился я к нему, стараясь перекричать шум. — Кости почём?

Мясник, здоровенный детина с рыжей щетиной, глянул на меня сверху вниз. Взгляд у него был тяжёлый, но не злой, а скорее оценивающий. Он окинул взглядом мою одежду, потертую, но хотя бы чистую, задержался на моём лице, на ещё заметных синяках, и хмыкнул.

— Кости, говоришь? — пробасил он. — Мясные? Или так, на навар?

— Лучше мясные, — признался я. — Но денег мало.

— Сколько есть? — прямо спросил он, откладывая топор в сторону.

Я разжал кулак, показывая горсть медяков. Двадцать штук. Ведь если цена меня не устроит, я просто могу уйти. Не погонится же он за мной, размахивая топором? Тем более, я, сколько по сторонам не присматривался, видел лишь обычную дичь на прилавках, человечиной никто не торговал, так что риск был оправдан.

— Маловато, парень. — он задумался, почесал затылок огромной лапищей. — Ладно, — вдруг решил он. — Выручу я тебя. У меня как раз обрезки есть с утра. Не кости, а так, мослы, но мясо на них есть. И мозговая кость попадается. Бери все, что вон в той куче, за двенадцать медяков. — Он махнул рукой в сторону деревянного короба, где лежала груда неказистых, но вполне себе мясных обрезков и разрубленных позвонков. Выглядело не особо презентабельно, но для навара самое оно.

Я быстро прикинул. Двенадцать отдать за кости, остаётся восемь. Тем более, там явно больше кило и можно делать хороший, наваристый бульон. Нормально.

— Идёт! — обрадовался я. — Спасибо!

— Да не за что, — отмахнулся он, сгреб мои монеты, а затем просто, голой ручищей, зачерпнул из короба приличную кучу костей и переложил её в большой лист лопуха, который ловко свернул кулём. — Держи.

Я так смотрю тут особо не заморачиваются с пакетами, используя то, что даёт природа. С трудом принял этот куль, килограммов пять-шесть, не меньше. Тяжело, но терпимо. Теперь яйца.

— А яйца где тут продают? — спросил я напоследок.

— А вон там, за углом начинаются ряды, — мясник ткнул пальцем. — разберёшься.

Поблагодарив, я потащил свой куль дальше. Руки сразу же начинали затекать, кости были тяжёлыми, лопух неудобный, сочилась кровь и я вскоре весь изгваздался. Позарился на халяву блин…