Книга Бескрайний архипелаг. Книга IV, страница 78 – Артем Сластин, Эльнар Зайнетдинов

— Весело живёте, — подытожил Декстер, и в его голосе прозвучали нотки одобрения.

— Кхм-кхм. И второй вопрос. Расскажи о тех, кого лишил жизни на Земле. Какие мотивы?

Вопрос был ключевым. Одно дело — убивать врагов в бою, совсем другое — резать невинных ради удовольствия.

— О-о, это долгая история, — в его глазах загорелись искорки воспоминаний.

— А мы и не торопимся, — ответил я, устраиваясь поудобнее на ящике.

Ром в бутылках булькал, ветер свистел в снастях, в трюме кто-то стонал от боли или удовольствия. Идеальная обстановка для исповеди убийцы.

Мы слушали внимательно, напряжённо, стараясь уловить каждую интонацию, каждую паузу. Осознавали, что дьявол кроется в деталях. Выдумывает маньяк-убийца историю или нет? Фальшивка рассыпается под напором вопросов, а правда обрастает подробностями.

Вот что я узнал из рассказа. В прошлом Декстер служил полевым медиком в спецотряде. Не какой-то там санитар, а настоящий боевой док, умевший вытаскивать парней с того света, когда кишки уже наполовину вывалились наружу.

Однажды во время задания их группа попала под артобстрел. Снаряды по неверной наводке послали свои же. Собственные артиллеристы практически перемололи группу в порошок. Большая часть погибла на месте, от некоторых остались только кровавые лоскуты. Но двадцати одному бойцу удалось спастись благодаря Декстеру.

Он использовал весь имеющийся арсенал медикаментов. Парни истекали кровью, а док их латал, как мог.

По итогу группу даже не эвакуировали. Пришлось добираться до расположения собственными силами. Раненых несли на самодельных носилках, кто-то полз.

Что оказалось странным: командование приказало молчать о произошедшем. Подписали бумаги о неразглашении под угрозой трибунала.

Пока большая часть выживших приходила в себя в госпитале под надзором Декстера и прочих медиков, случилось неожиданное. Один из бойцов, которому удалось избежать ранений, слил всю информацию в СМИ. Все новостные каналы запестрели заголовками о «дружественном огне».

Командование в тот же день списало военных под надуманными диагнозами: ПТСР, психическая нестабильность, агрессия, склонность к насилию. Некоторым шили обвинения в дезертирстве, отдавали под трибунал. Двадцать лет службы — и ты внезапно сумасшедший.

Что самое страшное — вскоре участники той роковой операции начали бесследно пропадать и умирать при странных обстоятельствах. Автокатастрофы, сердечные приступы, несчастные случаи на работе. Один упал с крыши во время ремонта. Другой отравился грибами. Третий утонул в собственной ванне.

В этот момент рассказа голос Декстера задрожал. Мы же продолжали слушать. Все посторонние звуки ушли на второй план, когда он вновь заговорил.

Было очевидно, что бывших сослуживцев методично убирают. Однако Декстер не успел предпринять что-либо, ведь попал под удар следующим. В дом пустили газ через вентиляцию. Очнулся связанным на засекреченной базе где-то среди густых джунглей. В месте, где испытывали боевую фармакологию на бездомных и, как оказалось, на неудобных людях.

Среди подопытных Декстер обнаружил некоторых своих сослуживцев. Они не узнавали его — глаза пустые, как у мертвецов.

За несколько недель бывший полевой доктор увидел столько жути, что тяжело было во всё это поверить. Один из соратников сошёл с ума от препаратов, которые должны были сделать его бесстрашным. Царапал стены до крови, визжал по ночам, как зверь. У второго не выдержало сердце после стимуляторов — боец не спал целую неделю, а потом просто отключился… С концами. Третьего сожгли из огнемёта прямо на месте ребята в комбинезонах — за агрессию. Живьём.