Книга Первый пользователь. Книга 17, страница 20 – Артем Сластин

Регенерация теперь означала переписывание реальности своего физического состояния, тогда как телекинез не банальное передвижение предметов как ранее, а скорее как диалог с фундаментальными силами на квантовом уровне.

Раздался слышимый даже в реальности треск.

Ограничения, наложенные биологией и физикой, переставали действовать. Стремительный рост сжёг старое, человеческое, как шелуху. Код ДНК, уже изменённый и усиленный, взорвался изнутри экспоненциальным расширением, превращаясь в концепцию — в идею сверхсущности, воплощённую во плоти.

Боль исчезла. Война роста и исцеления закончилась безоговорочной победой нового рождения.

Президент поднял голову. Теперь всё точно изменилось. Просто потрясающие ощущения, сродне божеству.

Он чувствовал пол, этаж, здание, Кремль, всю Москву. Сотни километров вокруг. Каждый камень, каждую трубу, сердцебиение каждого человека, каждый шёпот. Мог убить любого, сжав в небольшой шарик из плоти или наоборот разорвав на атомы. Его контроль, его осознание растянулось, охватывая всё. Он ощущал даже спутники на орбите, краешком захватил древнюю космическую станцию Андреева и отшатнулся полем восприятия, словно его что-то укусило. Не время — разберётся потом. Слышал разговоры всех людей так, как будто они стояли рядом. Чувствовал даже магнитное поле Земли, её пульс, её вращение в пустоте.

И чувствовал странную аномалию — незримое присутствие чего-то странного во всей материи на всей планете. Контролирующую абсолютно всё. И он знал, что это — вернее, кто. Знал и не испытывал негатива к искусственному интеллекту, понимая, что на его месте возможно действовал бы гораздо более жестоко, уничтожая любое неповиновение в корне. Ведь весь мир ещё год назад стремительно катился в Бездну и появление Системы, какое-бы оно не было — спасло человечество.

И он засмеялся. Тихим, беззвучным смехом. Виктор, прижавшийся к стене, смотрел на него с благоговейным ужасом

— Виктор. — Голос президента был тем же. — Всё в порядке. Теперь всё просто прекрасно.

Вячеслав Вячеславович встал. Вернее, просто переопределил своё положение в пространстве с сидячего на стоячее. Осмотрел свои руки. Они выглядели совершенно обычными, но он знал, что может превратить их во что угодно: в плазменные сгустки материи, в твёрдый свет или в инструмент для лепки реальности.

Мысли текли с непривычной доселе ясностью. Земле угрожают. Сильфы с их высокомерием и Раваанцы. Они считают человечество угрозой, плетут интриги и готовят вторжение, лишь на время отказавшись от своих планов под внешним давлением.

Раньше это было для него проблемой. Нужно было готовить армию, космический флот, действовать дипломатически, искать ресурсы. Теперь же он чувствовал лишь раздражение. Лёгкое, как на комариный писк, мешающий уснуть. И что делают с таким комаром? Разве разговаривают? Нет, его убивают.

Если драка неизбежна, то бей первым. Старая, как мир, истина.

Президент посмотрел на пустое место перед собой. На сам воздух, на ткань пространства-времени. Он увидел её. Увидел, как она переплетена силовыми линиями, гравитационными нитями, тканью метрики. Она была прочной. Для всех, кроме него, и пожалуй, самой Системы.

Он медленно, почти небрежно, развёл руки в стороны, взялся за края реальности в этой точке и разорвал её.