Книга Песнь Перна, страница 115 – Энн Маккефри

— Как – девять? – испуганно пискнула Данка и снова схватилась за юбку, чтобы накинуть ее на голову. – Девять этих мерзких тварей будут носиться по моему дому…

— Они не очень-то любят сидеть дома, разве что ночью, – сказала Менолли, надеясь успокоить Данку. – И потом, их редко можно увидеть со мной всех сразу.

Перехватив злобный трусливый взгляд, который метнула на нее толстуха, Менолли поняла, что ее тоже редко можно будет увидеть вместе с Данкой. Во всяком случае, домоправительница приложит к этому все силы.

— Нам пора, Менолли. Ты ведь еще должна подобрать себе гитару в мастерской, – напомнила Сильвина. – Если тебе, Данка, понадобится сено для тюфяков, пошли служанку к нам, – добавила она, приглашая девочку следовать за собой. – Менолли будет поддерживать с Домом арфистов более тесную связь, чем остальные твои постоялицы…

— Все равно, ей, как и остальным, придется возвращаться домой до закрытия дверей, или пусть ночует в цехе, – предупредила Данка, когда Менолли с Сильвиной уже спускались по лестнице.

— Данка держит девочек в строгости, – заметила Сильвина, выйдя на яркий солнечный свет и направляясь через широкую мощеную площадь. – Само по себе это не так уж плохо: ведь вокруг увивается столько мальчишек. И не обращай внимания на то, как она окрысилась при одном упоминании о Петироне. Просто она пыталась окрутить его после смерти Мереланы. Я бы сказала, что Петирон оставил пост арфиста Форта по двум причинам: чтобы избавиться от приставаний Данки и освободить путь Робинтону. Он так гордился, когда его сына избрали главным арфистом…

— Да, Полукруглый далековато от Форт-холда.

— Вот-вот, – хохотнула Сильвина. – К тому же, детка, это одно из немногих заброшенных мест, куда Данка не рискнула бы за ним увязаться. Можно подумать, что Петирон взглянул бы на кого-нибудь после Мереланы! Она была такая прелесть, а голос – изумительной красоты и диапазона… До сих пор не могу ее забыть!

Вокруг становилось все оживленнее: крестьяне возвращались с полей на обед; вот через толпу, не спеша, проехал отряд всадников на длинноногих скакунах. Какой-то школяр, бегущий с поручением, налетел прямо на Менолли. Мальчуган уже начал бормотать слова извинения, когда Красотка, выглянув из волос девочки, угрожающе зашипела на него. Паренек вскрикнул от неожиданности, ловко, как все школяры, увернулся и помчался дальше.

— Хотела бы я послушать, что он наплетет, когда вернется в свой цех!

— Сильвина, я…

— Ни слова больше, Менолли! Я не желаю слушать, как ты все время извиняешься за своих файров. И мастер Робинтон – тоже. На свете никогда не переведутся глупцы вроде Данки, готовые визжать от страха при виде чего-то нового или необычного.

Они вошли под арку, ведущую к Дому арфистов.

— А теперь ступай – в ту дверь, через вестибюль, там и найдешь мастерскую. Главный у них – мастер Джеринт. Он подыщет тебе инструмент, чтобы ты могла сыграть перед мастером Домеком. Он тоже там.

Улыбнувшись и ободряюще похлопав девочку по плечу, Сильвина поспешила по своим делам.

Сначала Менолли пожалела, что Сильвина не задержалась еще чуть-чуть, чтобы познакомить ее с мастером Джеринтом, но, поразмыслив, виновато призналась себе, что и так отняла у хозяйки Дома уйму времени. Она расправила плечи, пытаясь побороть внезапный прилив робости, и вошла в квадратный вестибюль. Перед ней была дверь – должно быть, за ней находятся владения мастера Джеринта.