Книга Бесконечное пламя, страница 69 – Ребекка Росс

— Мне нужно тебе кое-что сказать, Джек, – прошептала она, и его сердце сжалось от страха. – Я виделась с твоим отцом несколько недель назад. В ту самую ночь, когда сюда явились Брекканы, требуя встречи с Адайрой. В ту ночь, когда все изменилось. – Мирин замолчала и схватилась за горло, будто у нее перехватило дыхание. Джек слушал, стараясь не пропустить ни слова. – Как ты знаешь, твой отец выдал тайну реки Морэю Бреккану. Найл тогда, наверное, заключил сделку, благодаря которой смог в последний раз увидеться со мной, прежде чем понести наказание за свое преступление, за то, что отнес Адайру на Восток. Поэтому его привели ко мне. Мы с Фрей… мы были там, в том углу, приготовившись к набегу, а Брекканы приволокли твоего отца в дом, связанного, словно преступника.

Удивляясь, почему Мирин не рассказала об этой встрече раньше, Джек хотел было рассердиться на нее, но увидел, как она утирает слезы.

— Они назвали его Клятвопреступником и лишили титула и имени, – продолжила она. – Я едва успела перевести дух, так удивилась, снова увидев его. И когда они его уводили, я ничего не сказала.

Джек обошел стол, чтобы сесть рядом с Мирин. Он взял ее за руку, почувствовав, какая она холодная и худая. Рука, которая вплела несметное множество чар в тартановые накидки. Теперь он держал мать за руку, пока она плакала. Мирин не давала воли слезам много недель, много лет, и вот они пролились стремительным, бурным потоком, от звука которого разрывалось сердце. Джек стал безмолвным свидетелем материнской боли, жертв, на которые она шла, бремени, которое несла на своих плечах, совсем одна, как женщина, полюбившая мужчину, которого не могла назвать своим.

— Мама, мне очень жаль, – прошептал Джек, сжимая ее ладонь.

Мирин смахнула последнюю слезу.

— Я рассказываю это тебе, Джек, потому что не знаю, жив ли твой отец. Они могли давно казнить его за то преступление.

Эта мысль уже приходила Джеку в голову, но, когда Мирин высказала ее вслух, она вдруг показалась куда более реальной. Он не выпускал руки матери, но на сердце у него было тяжело.

— Я знала, что этот день наступит, – продолжила Мирин, глядя на Джека своими темными глазами. Темными, как океан ночью. – Я знала, что ты перейдешь клановую границу, чтобы быть с Адайрой и найти ответы, которые всегда желал отыскать. Знаю, что ты торопишься уйти, не хочешь терять ни минуты. Но я осмелюсь попросить тебя, Джек: побудь с нами еще один день. Останься со мной и с Фрей еще на одну ночь. В последний раз раздели с нами утреннюю трапезу.

Он едва удержался, чтобы не поморщиться, потому что его решимость была тверда. Он отправил Адайре письмо и хотел немедля последовать за ним. Он хотел оказаться на западной земле еще до захода солнца.

— У меня предчувствие, Джек, – продолжила Мирин. – Что когда ты уйдешь на Запад, то уже не вернешься. Никогда не вернешься на Восток.

Ее признание уняло его нетерпение. Его разум успокоился, а на душе стало пусто. Остались лишь дыхание и стук сердца, отдающийся в ушах.

Джек кивнул, потому что ему нечего было возразить на ее справедливую просьбу. Он сказал себе, что с удовольствием проведет еще один вечер с матерью и Фрей. Еще один вечер он сможет поужинать за этим столом, посидеть у очага и с удовольствием послушать мамины рассказы. Сможет спеть балладу сестренке, которая по-прежнему охотно слушает песни клана Тамерлейнов. Сможет еще раз проснуться на Востоке и полюбоваться восходом солнца.