Книга Бесконечное пламя, страница 65 – Ребекка Росс

— И все?

Но Иннес не ответила, не желая спорить. Она снова обратила взгляд на арену.

У Адайры это не укладывалось в голове. На Востоке Тамерлейны проводили турниры, имитировавшие реальные поединки, но когда совершались преступления, назначался суд. Виновным разрешалось представить доводы в свою защиту, и лишь потом лэрд выносил справедливое решение.

Адайра отставила кубок, не в силах сделать больше ни глотка. Годфри посторонился. Протрубил рог, объявив начало поединка.

Толпа взревела. Адайра почувствовала, как этот звук отдавался внутри нее. Она сидела неподвижно, стиснув руки так, что побелели костяшки, а Клятвопреступник занес меч над Уильямом Даном. Клинок чуть-чуть не задел юношу, тот отступил, неловко взмахивая мечом в жалкой попытке отразить удар.

В этом поединке у Клятвопреступника было преимущество – в силе, в размере, в мастерстве. Он не стал медлить и погнал удирающего Уильяма вокруг арены. Толпе уже начало надоедать смотреть на этот неравный бой, когда Клятвопреступник наконец выбил меч из рук мальчишки. Безоружный Уильям пустился бежать – его единственной защитой было проворство.

— Иннес, – прошептала Адайра. – Иннес, прошу тебя…

— Кора.

Звук ее имени будто кнутом стегнул по сердцу и одновременно предостерег. Одни Брекканы следили за схваткой, но другие наблюдали за происходящим на балконе, оценивая их реакцию.

Адайра прекратила мольбы и продолжила смотреть на поединок, но кровь стыла у нее в жилах. Ей казалось, будто она снова приняла эфин. Внутри все сжалось, на ладонях выступил пот, поблескивая, как паутина после дождя. Она вытерла руки о тартановый плед, но тут же почувствовала, как пот пропитывает ее тунику и сапоги, словно она горит в лихорадке.

Девушка видела, как Уильям в конце концов споткнулся и распластался на песке. На том же песке, где пролилась ее кровь и где она упала без чувств. Там, где отец поднял ее на ноги под дождем.

Клятвопреступник встал над упавшим мальчиком, но что-то в его позе и осанке выдавало усталость. Словно он прожил целый век и повидал слишком много. Словно ему не хотелось доводить этот поединок до конца.

Чуть помедлив, он всадил меч Уильяму в горло.

Раздался треск костей, и хлынула кровь.

Адайра закрыла глаза. Она сосредоточилась на собственном дыхании, на том, как воздух со свистом проходит сквозь зубы.

«Пусть все закончится, пусть я очнусь на Востоке».

Но от этого кошмара было не пробудиться. Было не пробудиться в своих покоях в Слоуне с расписными панелями на стенах, полками, заставленными книгами, и лучами солнца, струившимися в окна. Не было ни Джека, ни Торина, ни Сидры.

Адайра открыла глаза, когда мертвое тело юноши уже лежало на песке в луже крови, повторявшей его контуры.

Она перевела взгляд на Иннес.

Мать сидела в кресле, выпрямив спину и опустив руки на колени. Ее лицо было таким спокойным и бесстрастным, словно вытесанное из камня. Она не выглядела черствой, но не казалась и радостной. Ее профиль резко выделялся в свете факелов. Лэрд не моргая смотрела на арену, а ее голубые глаза были похожи на покрытое льдом озеро посреди зимы.

Адайра гадала: то ли Иннес воплотила собой образ лэрда, то ли титул сделал ее такой, какой она была теперь. Но это была женщина, которая ее родила. Ее собственная плоть и кровь. Женщина, благословлявшая набеги и объявлявшая состязания, чтобы освободить темницы от преступников. Женщина, скрывавшая свои шрамы и никогда не показывавшая слабости перед теми, кому не доверяла. Женщина, бросившая своего преемника и единственного сына ради того, чтобы вернуть Адайру домой.