Книга Серый кардинал империи: Путь в чины, страница 88 – Dimash Suleimen

— По словам моего брата, Кинюши, — ответил Алексей, — это господин Чистопрудный.

— Неужто сам Василий Павлович Чистопрудный? — Городничий даже слегка оторопел. — Не верится, что он лично взялся за преподавание.

— Я еще не успел подать документы в школу, но люди бают именно так, — кивнул Алексей.

— Попасть в ученики к такому человеку — великое счастье на всю жизнь, — Троицкий городничий довольно усмехнулся. — Я-то думал тебе другое место подыскать, да вижу, что это будет лишним. Василий Павлович — умнейший муж, человек редкой честности. В двадцать четыре — лучший выпускник, в тридцать один — уже в столичных ведомствах. Служил честно, народ его как отца родного почитал. Коли решишь идти по статской службе — вот тебе лучший пример для подражания.

Алексей внимательно слушал, а старик тем временем вздохнул: — Да только нрав у него больно крут. Правду-матку в глаза режет, перед начальством спину не гнет, оттого и в чинах не рос. Перед тем как в траур уйти, был он простым главой управы, и бог весть, не понизят ли его еще больше, когда срок выйдет. Тут он понизил голос и добавил доверительно: — Вот в этом, Алёша, ты с него пример не бери. Жизнь человеческая коротка, а век чиновника — и того короче. Важно успеть таланты свои применить да имя себе сделать, а не лбом стены прошибать.

— Стало быть, нужно уметь и гибкость проявить, и себя уберечь? — Алексей слушал с таким почтением, что старик остался крайне доволен.

— Именно так. Вот ты сегодня с этим Олегом Владимировичем в остроумии состязался… Сделал его, что и говорить, лихо, потешил мою душу. Но ты подумал, что будет, если он на тебя зуб затачит? Вдруг вздумает тебе в учении палки в колеса вставлять?

Алексей горько усмехнулся: — Я об этом как-то не успел поразмыслить, ваше высокоблагородие.

А про себя подумал: «Да уж, не вступись я за вас — вы бы сами на меня первыми и окрысились! А так я хоть одного врага нажил, зато другого сильного союзника приобрел». Опыт из его прошлой жизни подсказывал: в такие моменты нельзя сидеть на двух стульях. Нужно выбирать сторону, иначе останешься один против всех.

Видя, что юноша призадумался и вроде как даже «испугался», городничий поспешил его утешить: — Да ты не боись. Пока я здесь — этот «зеленый мундир» тебя не тронет, я заслоню. К тому же Олег, хоть и мелочен бывает, но всё ж таки из дворян, в спину бить не станет. Но помни: я не смогу оберегать тебя вечно, да и не всегда тебе будут попадаться благородные противники. Пока не наберешься силы — умей таиться.

— Я навек запомню ваш урок, дорогой наставник, — Алексей произнес это слово с особым весом. Старый городничий всё сказал прямым текстом, и было бы глупо не признать в нем своего патрона.

— Ну-ну, — старик расплылся в улыбке. — Ты малый смышленый, сам бы до этого дошел. Я лишь хочу, чтобы ты по моим старым граблям не гулял.

— Благодарю вас,наставник, — Алексей поклонился. — Позвольте лишь спросить… А какую же силу нужно иметь, чтобы уже не таиться?

Вопрос казался по-детски наивным, но для Алексея это был способ прощупать границы негласных правил империи.

— На это, дружок, ответа однозначного нет, — Троицкий городничий задумчиво погладил бороду. — Коли судить в масштабах нашего уезда, так и моей власти за глаза хватит. А ежели на всю Россию-матушку глянуть… Так там иные министры в три погибели перед сильными мира сего сгибаются. — Он хитро прищурился: — Вот скажи мне, кто у нас в стране всех сильнее?