Книга Серый кардинал империи: Путь в чины, страница 219 – Dimash Suleimen

Пять тысяч человек заходили группами, и к тому моменту, когда солнце полностью взошло, последний билет был проверен. Удача Алексея, кажется, вернулась: ему достался шестой стол в третьем ряду. Идеальное место — светло, тепло и никакой сквозняк не страшен.

Усевшись, он с облегчением заметил, что вокруг нет ни одного знакомого лица. «Слава богу, — подумал он, — хоть поработаю спокойно». На уездном туре соседи замучили его шепотом, пытаясь выведать, как он составил план сочинения, а надзиратели смотрели на это сквозь пальцы.

Вокруг всё еще стоял гул. Опытные «ветераны» вовсю договаривались о взаимопомощи: кто кому подаст знак, кто даст списать, а кто «встретит за углом», если сосед окажется жадным. Алексей, не обращая внимания на этот шум, спокойно доел свой последний пирожок с мясом.

И тут главные ворота гимназии медленно закрылись. Но на этом не всё — на засовы демонстративно наложили казенные печати. По залу пробежал холодок. Кандидаты заерзали: «Неужто в этот раз всё будет по-настоящему?»

Внезапно раздался звонкий голос глашатая: — Его Превосходительство господин Губернатор!

Шум мгновенно смолк. Пять тысяч человек встали как один. Чиновник, вошедший в зал, сначала прошел к алтарю, зажег три поминальные свечи перед образом Великого Мудреца, совершил три поклона и только после этого повернулся к залу. — Смирно! Почтение Его Превосходительству! — гаркнул офицер. — Вольно, господа. Садитесь, — голос губернатора был чистым, глубоким и странно знакомым.

Алексей поднял глаза и чуть не выронил перо. На возвышении, в парадном красном мундире четвертого ранга, расшитом золотыми птицами и украшенном орденами, стоял не кто иной, как его «новоявленный дядя» — профессор Андрей Вершинин!

По залу пронесся приглушенный вздох. Кандидаты, хоть и были людьми учеными, в чинах разбирались отлично. Обычно губернатором города назначали чиновника пятого класса в скромном зеленом мундире. Но четвертый класс? Красный сукно? Это означало, что к ним прислали не просто администратора, а человека с огромными полномочиями из самой столицы.

Над залом повисла тяжелая, почти осязаемая тишина. Взгляд Вершинина, еще вчера мягкий и ироничный на палубе баржи, теперь был холодным и пронзительным, как стальной клинок. Алексей сглотнул. Он понял: поблажек не будет. С этого момента «Единство знания и действия» начиналось для него не в теории, а на практике.

Как только Андрей Вершинин облачился в парадный мундир, вальяжный философ и душа компании исчез без следа. Перед залом стоял суровый губернатор, чей взгляд тяжелым грузом ложился на плечи присутствующих. Он медленно обвел глазами пять тысяч замерших кандидатов, ни на ком не задерживаясь, и заговорил — сухо, властно, чеканя каждое слово:

— Господа! Я — вице-комиссар по военным делам и ваш нынешний губернатор. Я же — ваш главный экзаменатор.

В зале воцарилась гробовая тишина. На груди Вершинина поблескивало шитье четвертого ранга — золотой соловей, знак высокого статуса.

— Скажу прямо, — продолжал он. — Сейчас главная забота нашей губернии — защита берегов от пиратов. Враг хитер и может ударить именно тогда, когда вы все собрались в этих стенах. Поэтому я подал прошение в Министерство, и оно было одобрено: время губернского экзамена сокращается до одного дня. Этот приказ уже разослан во все приморские регионы.