Книга Королева Вечности, страница 211 – Л. Дж. Эндрюс

— Скади. – Ливия вновь попыталась разговорить девушку. – Я видела, насколько ты изменилась после того, как они заставили тебя забрать мои узы.

Щеки эльфийки окрасил слабый румянец, но она стойко продолжала хранить молчание.

— Почему она такая равнодушная? – не понял я.

Элдирард тяжело вздохнул.

— Именно это я и пытаюсь объяснить. Использование ее аффинности во имя гнусных целей лишь ожесточает сердце и душу Скадинии. И не остается ничего, кроме безразличия.

Проклятье.

— Навсегда?

— Это вполне возможно. После столь долгого и безжалостного использования силы она практически потеряет способность к состраданию. – Он ласково посмотрел на нее. – Но уверен, вскоре она придет в норму. Я слышал, моя внучка весьма эмоционально восприняла мысль о том, что нападавшие убьют меня.

— Эмоционально? – низким и мрачным голосом произнес Джонас. – Она чуть не убила моего брата.

Наклонив голову, девушка повернулась лицом к принцу.

— Вы вторглись в наш дом.

— И это все, что ты можешь сказать в свое оправдание?

— Джонас, – спокойно обратился Сандер к брату. – Не думаю, что сейчас она способна услышать нас.

— Это правда, – ответил Элдирард. – Задействованная ею сила для перемещения Наттхавэна ради битвы жадного принца надолго отняла любое проявление милосердия. Не говоря о том, что ее заставили разрушить узы любви.

— Она ничего не разрушила, – сквозь зубы прошипел я, крепко сжав ладонь Ливии в своей.

— Арион не хотел, чтобы она утратила способность выражать эмоции, по крайней мере не слишком сильно, – заметила Ливия. – Я слышала, как он уговаривал Ларссона не давить на нее с такой настойчивостью.

— Из эгоистических соображений, – возмущенно фыркнул Элдирард. – Должно быть, она была еще в здравом уме, когда согласилась принести ему обеты.

— Я не понимаю, почему Скади не может унаследовать ваши земли, – промолвила Ливия. – Неужели вы тоже боитесь королев, как когда-то морские фейри?

Я приник губами к костяшкам ее пальцев.

— Нет, миледи, – возразил Элдирард. – Королевы живут в наших историях еще с тех пор, как лед и огонь впервые столкнулись в мировой бездне Гиннунгагапа^[13].

Они заговорили о старых преданиях, повествовавших о порождениях королевств. Культура эльфов казалась мне странной и в то же время знакомой.

— Тогда почему ваша внучка не наследница? – недоуменно спросила Мира.

— Она не родная мне по крови, – пояснил Элдирард. Он с любовью положил руку на плечо девушки. – Скадиния осиротела еще маленькой девочкой. Я нашел ее на рыночных улицах, когда та блуждала в поисках еды, принял в свой род и привел во дворец, где она с тех пор живет как принцесса. – Старик опустил подбородок. – Арион желает заполучить мою внучку даже больше, чем Наттхавэн.

— И внучкам вы не предоставляете право на наследование, – сказал я.

— Скадиния принадлежит как Наттхавэну, так и Ариону.

— Но это варварство, – настаивала Ливия. – Скади, это правда?

Девушка подняла глаза, похожие на голубые… льдинки.

— Король светлого клана заключил брачное соглашение еще в первый день моего прибытия во дворец. Я росла, зная, что однажды моя жизнь будет связана с Льосальфаром.

— Как я уже упоминал, она ему нужна в здравом уме. Если Скадиния лишится сердца, то она не пожелает принять клятву, которую он хочет дать ей как своей жене, – пояснил старик. – Существует еще одно обязательное соглашение, заключенное мной с его отцом: мальчик унаследует мой клан, но не получит Скадинию в жены без ее согласия.