Книга Королева Вечности, страница 122 – Л. Дж. Эндрюс

В памяти пронеслись десятки воспоминаний об этой комнате: бесконечные споры, превращение из похитителя и пленницы в возлюбленных, безмерная радость и неистовая страсть. Мысли беспорядочно крутились в голове, пока мы не остановились перед дверью в умывальную комнату.

Эрик принялся возиться с ручкой.

— Мы можем помыться, тогда…

Не успел он договорить, как я прижала его спиной к стене и поцеловала со всей накопившейся яростью, царапнув зубами его зубы. Эрик запустил пальцы в спутанные волосы, оттягивая мою голову так, чтобы добиться требуемой ему позиции. Я изогнулась в порыве страсти и застонала от прикосновения.

— Мойся сколько влезет, – произнесла я между вдохами. – Но только со мной и моими руками на твоей коже.

— Боги, женщина, – выругался он и потянулся к грязной рубашке, испачканной застарелой кровью.

На нас остались следы от многочисленных ударов и порезов, но я не задумывалась о них, лихорадочно снимая ремень, а Эрик – скидывая ботинки. Нетерпеливые пальцы трудились над шнуровкой лифа и пряжкой брюк.

— У тебя открытые раны, – прошептала я между горячими поцелуями, украдкой бросив взгляд на бандаж вокруг ребер. – Не позволяй своей крови отравить меня, пока я не получу от тебя нечто большее, Змей.

Его лукавая ухмылка коснулась моих губ.

— Тэвиш владеет трюками, о которых не знает даже ткач костей. Повязка останавливает кровь с помощью заклинания, милая. Если ее не трогать, она будет держаться при любых движениях.

Потеряв терпение, Эрик взялся за края моего лифа и распорол его по швам. От прохладного воздуха, коснувшегося моей кожи, затрепетали соски. Издав хриплый стон, он прижал меня спиной к дверному косяку и жадно припал губами к чувствительной плоти.

С моего языка сорвались резкие, жаждущие продолжения вздохи, и, обхватив затылок, я притянула его ближе. Эрик безудержно ласкал мою кожу, слегка царапнув сосок острым клыком, а после провел по нему языком.

Мое ядро бешено пульсировало, и я уперлась в его бедра, отчаянно желая получить долгожданное освобождение. Даже одно касание любимого мужчины превращалось в прекрасное проклятие, и мне всегда будет мало его вкуса и нежных прикосновений.

Я подцепила пальцами пояс его брюк и, засунув руку внутрь, высвободила пульсирующее возбуждение. Стоило мне обхватить бархатистую кожу и медленно погладить, как Эрик сладостно простонал мне в грудь.

— Певчая птичка. – Он поднял голову, и глаза вспыхнули золотым огнем.

Выпрямившись, король положил ладони по обе стороны от моей головы. Он изучал ладонь, покачивал бедрами, от удовольствия раздвигая губы, и смотрел, опьяненный желанием, как мой большой палец скользит по выступившим бисеринкам его возбуждения.

— Моя рука, – прошептала я ему на ухо, – или мой рот?

Эрик, издал сладострастный стон, уткнувшись лбом в мое плечо.

— Если надеешься, что после всего я кончу раньше тебя, то глубоко заблуждаешься.

Я издала пронзительный крик, едва Эрик подхватил меня под бедра и, крепко держа за талию, понес в умывальную комнату. В глубокой каменной купальне была набрана теплая вода. Безусловно, благодарить за это и все остальные приготовления следует только Алистера.

Эрик посадил меня на край купальни и быстро расправился с остатками платья, стянув его через мою голову.