Книга Сорванная свадьба. Люблю тебя до неба!, страница 11 – Виктория Волкова

— Тогда я повторю, - словно учительница вздыхает она. И опять талдычит про лекарства, упаковку и Галину Ивановну. – Я тут все написала, - стукает пальчиком по обведенному ручкой заголовку.

— Спасибо, - улыбаюсь ей. Лена моя. Хочется сидеть рядом и смотреть. Я и на это согласен. Когда подбежала, обняла, чуть не рехнулся. Милая, теплая, родная. Все такая же, как и двадцать лет назад. Прижал к себе и сердце ожило. Заколотилось. А то резало словно кинжал всадили.

Двадцать лет прошло, мать его! И почему я раньше не додумался приехать к Ленке? Знал же, что Альбертика пристрелили…

Но, видимо, любила его моя Лена. Хотя, честно говоря, он и слова доброго не стоит. Но жила же она с ним! Детей родила. И по нему убивалась. Значит, любила.

— Ладно , мне пора, – допив чай, поднимаюсь я из-за стола. – Спасибо еще раз. До встречи, – прощаюсь, а сам не двигаюсь с места. Мне бы обнять ее снова. К груди прижать. Но стою неподвижной колодой.

Ни бэ, ни мэ, ни кукареку.

Набравшись храбрости, делаю шаг навстречу. Но Лена, поджав губы, отходит в сторону.

— За жену не беспокойся, Олег, – произносит бесцветным голосом.

Набираю в легкие побольше воздуха. Собираюсь крикнуть, как на плацу.

Что ты, твою мать, с нами сделала? Почему удрала, не осталась тогда? Почему мне не поверила?

— Кстати, – бросаю откашлявшись. – Оксана призналась вчера. Все было подстроено… Надо поговорить.

— Ребенок твой? – холодно вскидывается Лена. И на лице тут же появляется надменная каменная маска, от которой веет стужей и пренебрежением.

— Ну да, – киваю я, охреневая. Как-то быстро моя Леночка превратилась в Снежную королеву.

— Тогда и обсуждать нечего, – припечатывает она. Делает шаг к двери. Распахивает. – Всего хорошего. Будем на связи, – роняет официально.

И обалдело смотрит на мальчишку, входящего в кабинет.

— А ты тут что делаешь? – спрашивает строго и немного оторопело. – Алексей… Ты с кем приехал?

— Мам, так меня Гриша из школы забрал. Говорит, ты велела, – ноет пацан лет семи. - У меня контрольная сегодня. Я готовился. А Гриша приехал… Я не виноват…

Закидывает на диван рюкзак и сам плюхается рядом. Вытягивает худенькие ножки, опускает безвольно ручки, похожие на веточки.

— Устал, – демонстративно кладет голову на изголовье. Мажор мелкий. Сколько ему? Лет семь. На три года младше моего Мишки.

В груди все переворачивается от ревности и негодования. У Лены сын? От кого? С кем она живет? Валдай, сука, лет двенадцать как ласты откинул. Значит, есть другой мужик. Которого прячет от посторонних глаз.

Ленка, зараза, что же ты творишь?

— Гриша, я не понимаю, – обращается она к входящему в кабинет невысокому коренастому мужику лет пятидесяти. Я его знаю. Не муж он ей, точно.

Водитель или из лички. Хотя одно другому не мешает.

— Так я тебе писал, Елена Васильевна, – пыхтит тот недовольно и поворачивается ко мне. – Здравия желаю, товарищ…

— Привет, Старостин. Рад видеть, – перебивая, жму руку. И действительно, рад. У меня, оказывается, свой человек в замке с драконами. А я ни сном ни духом.

— Что там? – требовательно интересуется Ленка. На высоких каблучках бежит к рабочему столу. Выуживает из-под бумаг еще один мобильник. И замирает, читая сообщения.

— Это правда? – обалдело смотрит на Гришу Старостина и не сразу берет себя в руки.