Книга Его отец. Выжить после развода, страница 81 – Виктория Волкова

«Давай, о делах подумай. Тебя обнесли, придурок. Со сроком намутили», — заставляю себя переключиться на бизнес. И только сейчас до меня доходит.

Не верь. Не бойся. Не проси.

Три главных правила тюремной жизни. А я забыл о них. Обрадовался. Понадеялся. Нельзя. Ничего нельзя. Вот когда за моей спиной захлопнутся ворота колонии, вот тогда и помечтать можно. А пока нужно выстоять. Вернуться к Соне целым и невредимым. Иначе моя дорогая семья испортит ей жизнь по максимуму.

Есть, правда, Адам… Но я не стану доверять свою женщину этому проходимцу.

«Кофе они пили вместе», — вспоминаю сегодняшние новости. Вот же гад. Вечно подберется поближе и вдарит побольнее. Выйду — сразу морду ему начищу.

— София Александровна, — с утра раздается звонок из администрации гимназии. — Руководство приняло решение отстранить вас от занятий…

— Да, хорошо, — отвечаю совершенно спокойно. Даже вопросов не задаю.

— Отлично. Я отправила вам на почту уведомление. Можете его считать официальным документом.

— Хмм… До свидания, — прощаюсь наскоро. Нет сил слушать холодный бесчувственный голос.

Открыв почту, в ужасе читаю скупые канцелярские строки. Глаз выхватывает глупые стандартные фразы.

«… недопустимое поведение… порочащие связи…»

Идиотизм какой-то!

«Как? Почему?» — хочется заорать в голос. Но я молчу. После бессонной ночи раскалывается голова. Сердце частит, а душу затопляет слепая паника. Страшно боюсь за Дашу, даже тошнит от нервов.

— Ничего не бойся. Ты под охраной, — сказал вчера Женя, а все равно меня трусит. Доверяю ему, конечно. Но он там, за закрытой дверью, а я здесь, и большую часть времени совершенно одна. А Даша тем более беззащитна.

Инстинктивно падаю на колени, обнимаю дочку. Обеими руками сжимаю худенькие плечики. Прижимаю малышку к себе. Утыкаюсь носом в волосы, заплетенные в косички. И больше всего на свете хочу оказаться рядом с Женей. Закрыть дверь и никого не пускать. Уткнуться в крепкое плечо любимого и выдохнуть.

«Он вернется, и все будет хорошо», — повторяю как мантру. Смаргиваю слезы. Пытаюсь взять себя в руки. Сейчас нельзя раскисать. Да еще чужой человек в доме. Ксения милая, и понравилась мне с первого взгляда. Но все равно, при ней не расслабишься. Плюс покормить надо. За ужином мы засиживаемся допоздна.

Почти до утра обсуждаем события прошедшего дня, о которых больше всего на свете хочется забыть. Но нельзя. Надо быть начеку. Вчера повезло. Чуйка меня не обманула. В этот раз. Но Бобровы не остановятся… Интересно, почему? У них же свои дети есть… Наследники. Зачем тогда моя Дарья понадобилась?

Подхожу к окну. Выглядываю, стараясь увидеть двор гимназии. А потом решительно открываю дверь и выхожу на балкон. Зябко кутаюсь на ветру. Обнимаю себя обеими руками и как последняя дура пялюсь на детей, бегущих через двор. На коллег, чинно шествующих следом.

А я… Меня отстранили! Интересно, что повлияло? С обязанностями я справляюсь. А остальное — просто бред.

— Соня, телефон! — выйдя следом, протягивает мне вопящую трубку Ксения.

— Спасибо, — шепчу еле слышно и, приняв вызов, возвращаюсь обратно в комнату.

— Сонечка, ты где? Дома? Хочу подъехать, — слышу в трубке елейный голос Карины. — Говорят, тебя увольняют. Полный беспредел! Ты уже знаешь? Как ты? — тараторит она.