Книга Дочь от другой. Развод в 50, страница 46 – Виктория Волкова

— Это на Заводскую? – уточняет Рем и я в который раз удивляюсь, как быстро у него работают мозги. Все запоминает моментально, ничего не упускает из виду.

— Да, Димке с Лерой комнату дали в общежитии.

— Знаю, - морщит идеальный нос Лактомский и предлагает настойчиво. – Давай отвезу, Валь. Мало ли кого сейчас носит по улицам…

— Там тебя Люся ждет, - киваю на соседские окна.

— Подождет, - усмехается криво Лактомский. Невозможно красивый в джинсовом костюме и красной футболке. А на шее широкая золотая цепь болтается.

Рем щелкает брелоком, явно понтуется, открывая новенькую вишневую девятку, стоящую около подъезда и командует насмешливо. – Поехали, Костина.

Сажусь на пассажирское сиденье рядом с водителем. Рембо медленно отъезжает от дома. Тормозит около арки лишь на минуту. Поворачивается ко мне и заявляет со всей серьезностью.

— Валя, если тебе будет нужна помощь, иди сразу ко мне. Поняла? Я порешаю.

— Да нормально все, Рембо, - отмахиваюсь легкомысленно. Ну не рассказывать же однокласснику про мерзких соседей?

— Валь? – строго бросает он. Смотрит на меня выжидательно, будто хочет вбить мне в башку главные правила жизни. – Дай слово.

— Хорошо, - соглашаюсь нехотя.

— Телефон мой у тебя есть? – уточняет серьезно. – Если что, матери скажи. Она мне передаст, - трет коротко стриженную башку.

— Да все нормально. Ты чего? – улыбаюсь я.

— Ничего, - бурчит, выезжая под арку. – Ну ты поняла? Да?

— Поняла, поняла, - соглашаюсь весело и даже не подозреваю, что пройдет не больше месяца, как нам с Машкой потребуется помощь и никто кроме Рема не откликнется.

Дорогой Рем покупает какую-то плюшевую игрушку, среднюю помесь между чебурашкой и бурым медведем, букет цветов для Леры. И вместе со мной вваливается в малосемейку к Антиповым.

— Вау, Рембо, а мы и не ждали! – радостно хлопает его по плечу Дима Антипов. – Ты же все-таки крестный Галочки.

— Да все в делах, братан, – обнимает его Лактомский. – Спасибо, Валюха напомнила, – машет ручищей в мою сторону.

Артист, блин!

— А твой где? – с укоризной смотрит на меня Лера. Деловито ставит букет в баллон с водой и шепчет тихо. – Лактомский – идиот, все-таки. Такой шикарный веник притащил. Лучше бы деньгами дал, честное слово.

— Хмм… Игорь дома остался. С новым соседом бухает, – отвечаю на первый вопрос и никак не комментирую подарок Рема. А ему и в голову видать не пришло. Сытый голодного не разумеет.

— Хорошие хоть люди? – с сомнением вздыхает Лера. И хочется ей все рассказать. На грудь кинуться, но я лишь передергиваю плечами.

— Не знаю пока.

— Ты что-то бледная, мать, – оглядывает меня Лера. – Садись. На тебе лица нет.

— Да что-то тянет, Лер, – кладу руку на живот. – Завтра к Петровне пойду.

— Не затягивай, – расставляет на небольшом круглом столике тарелки Лера. – Машку можешь у нас оставить. Петров у тебя, конечно, глыба…

— Глыба песка, – улыбаюсь печально. – Если чуть надавить, рассыплется.

— Бархан, блин, – фыркает Лера и поворачивается к входящим на кухню нашим одноклассникам. – У меня все готово. Дима, Рембо, садитесь за стол!

Антипов лихо открывает бутылки, а Лактомский усаживается рядом со мной.

— Кто-нибудь мне скажет, где Костина подцепила своего борова? – фыркает насмешливо.

— Тебя это не касается, – отрезаю я.