Книга Восточная сказка, страница 55 – Виктория Волкова

— А где это? – строго спрашивает Герман.

— Да вон, соседняя дверь.

Покончив с формальностями, мы выходим в холл.

— Расписание сфотографируй, - велит мне Герман и, найдя мой факультет, читает предметы вслух.

— Рисунок, живопись, история моды и стиля, история дизайна. Чтоб я так жил! – хмыкает довольно. – Все сфотографировала или нет?

— Вроде бы все, - киваю я, собираясь излиться в благодарностях. Если бы не Герман, я бы до университета даже не доехала. Да и деньги в метро могли вытащить. Час пик все-таки!

— Это событие нужно отметить! – торжественно заявляет Лиманский. И мне кажется, этого человека никакая сила не остановит. Прет напролом, нимало не заботясь о других.

— Мы с Софьей хотели отметить, - робко замечаю я. – Неудобно получится.

— Она во сколько освободится, ты знаешь? – грозно нависает надо мной Герман.

— Около девяти, - шепчу, растеряв смелость.

— А сейчас пять. У нас еще вагон времени. Я тут знаю одно заведение. Там внизу закусочная. А наверху – ресторан. Предлагаю устроить небольшую пирушку.

— Только мне нужно тебя предупредить, Герман… - лепечу, задрав голову. Любуюсь высоким ладным мужчиной и снова попадаю в плен синих глаз.

— Ты не одета для ресторана? – гадает он. – На диете?

— Нет, - отметаю его предположения и, не сводя взгляда, говорю прямо. – Я не ем свинину и не пью алкоголь.

— ЗОЖ или вера? – рыкает он, привлекая меня к себе.

— Я - мусульманка, - замечаю негромко.

— А я - иудей, - пожимает плечами Лиманский и добавляет порывисто. – Тогда просто пообедаем вместе. Идет? А то я жрать хочу, как собака.

— Хорошо, - быстренько соглашаюсь я и сама себя корю за невнимательность. Человек поехал со мной через все пробки. Уговорил кассира принять деньги. Занял свои. А я? Мне что, трудно с ним пообедать? Тем более что расставаться совсем не хочется.

В большом пафосном ресторане с хрустальными люстрами и роялем Герман самостоятельно делает заказ. Мраморная телятина, салаты, томатный сок. И как только официант во фраке отходит в сторону, берет мои руки в свои.

— Мне кажется, я знаю тебя всю жизнь, - признается, улыбаясь.

— А мы разве с тобой ровесники? – смеюсь в ответ. И чувствую, как на душе становится тепло и радостно.

— Конечно, - хохочет Герман. – Мне тоже восемнадцать. Я только сейчас это понял, - и добавляет серьезно. – Ты мне нравишься, Алина. Очень нравишься. Я еще тогда тебя у подъезда приметил.

— Я тебя тоже, - шепчу я заговорщицки. Понимаю, что должна прикинуться наивной овечкой и спросить какую-нибудь чушь. Но, честное слово, не хочу ломаться.

— Давай просто попробуем общаться, - предлагает Лиманский. – Вместе куда-нибудь сходим… я придумаю, - добавляет быстро.

— Тебе со мной будет неинтересно, - вздыхаю я и с сожалением наблюдаю, как к нам приближается официант с подносом.

Приходится разъединить руки и прекратить разговоры. Лиманский тоже косится на него хмурым взглядом. Ждет, когда тот расставит тарелки и уберется прочь.

— Я влюбился, Алина, - рыкает Герман, стоит нам только остаться одним. – Не стану торопить тебя. Но хочу узнать тебя получше и, самое главное, дать тебе возможность понять, что я – идеальный для тебя вариант. Лучшего мужа тебе просто не найти во всей Москве.

— Какая самонадеянность! – улыбаюсь я и неожиданно для самой себя заявляю. – Я согласна. Но не торопи меня, пожалуйста, с замужеством. Дай время.