Книга Генерал, страница 64 – Виктория Волкова

— Да, - киваю поспешно.

Поднявшись, спускаю через ноги платье. Оставляя его валяться на полу никому не нужной тряпкой. Выгибаясь в кружевном белье и белых чулках, призывно смотрю на Васечку.

— Красивая ты, птица, - ухает он, наклоняясь сзади надо мной. Целует в плечо, потом в ключицу. Ведет огромной лапищей по лицу, потом спускается к подбородку, чуть поднимая его. – Катя, девочка, - произносит хрипло. – Вот ты и моя. Навсегда…

Жадно проводит другой рукой по моему бедру и шепчет глухо.

— Давай… Не могу ждать.

Щелкает замком бюстгалтера. Наглец. Спускает с плеч тонкие бретельки. И сразу же отбрасывает кружевную тряпку в сторону.

— Ты идеальная, Кать, - вздыхает натужно. Укладывает мою грудь себе на ладони. И неожиданно замечает изумленно. – Кать, а левая больше весит.

— Ну я же живой человек, - прислоняюсь спиной к сильной генеральской груди и мне кажется, слышу как там, за грудной клеткой бьется сердце Ордынцева.

— Ты моя, - повторяет он, поддевая пальцем кружевную нитку трусиков. Стаскивает их с меня и заявляет с нахальной усмешкой. – Чулки пока оставим.

— Мне жарко, - роняю капризно. И бессовестно вру. Не жарко ни капельки. Только женщина в чулках на любовном ложе ассоциируется у меня со жрицей любви, но никак не с генеральской женой.

— Понял, - воспринимает мой каприз как команду Генерал. Опрокинув меня на постель, особо не церемонясь, стягивает с моих ног кружевные тонкие чулочки. Я даже слышу как трещит невесомый трикотаж. Словно сама вижу как по ажурной глади ползут стрелки.

«Ну и ладно!» – отмахиваюсь, когда Ордынцев падает рядом со мной.

— Так нечестно, - фыркаю, пытаясь снять рубашку с Генеральских плеч. Расстегиваю одну за другой маленькие белые пуговички и хмелею от страсти.

Этот мужчина – мой! На веки вечные!

— Погоди, Катюша, я сам, - просит Генерал, когда я поддеваю пальцами новый кожаный ремень. Муж подрывается с места, стаскивает с себя брюки и швыряя их к пиджаку. Следом летят боксеры и рубашка.

А я смотрю на высокого мускулистого мужчину, стоящего посреди комнаты, и сама не верю, что стала его женой.

Красивый в меру накачанный Ордынцев сейчас похож на главного секс-символа эпохи. На предплечьях и икрах проступают сильные мышцы. А спина будто высечена из камня…

Муж поворачивается ко мне лицом, а я глазею не стесняясь. Этот мужик мой! Имею право. По мускулистой груди скольжу вниз к подтянутому животу, а потом залипаю взглядом на вздыбленном члене. Васечка перехватывает мой взгляд и решительно сгребает в руку свое хозяйство. Прожигает меня взглядом, полным любви, страсти и восхищения. И я хмелею. Только от одного взгляда хмелею.

— Как там Челентано танцевал? - дурачится Ордынцев, выставляя вперед ногу, призывно ведет бедром, а затем, потоптавшись на месте, с разбегу плюхается в постель. – Жена-а… - тянет, сграбастав меня в охапку. Нависает надо мной тенью. – Жена-а- на коленях становится между моих бедер.

Выгибаюсь навстречу, с ума сходя от желания. Васины руки требовательно бегут по моему телу, подхватывают под ягодицы.

И когда мы становимся одним целым, подстраиваюсь под темп мужа. Сумасшедшая гонка. Но я не сдамся, не позволю себе сбиться с такта или сойти с дистанции. И точно замечаю именно тот главный момент, когда уношусь к звездам вместе с Ордынцевым.