Книга Генерал, страница 47 – Виктория Волкова

— Можно.

Как же бесят меня эти церемонии с безопасностью. Дурацкий ритуал! Не имеющий никакого отношения к защите. Вереницей входим следом.

— Странная история, - морщится отец, мимоходом заглядывая в Юрину комнату.

— Уже все убрали, - поспешно докладывает Ильич. – Вещдоки следаки изъяли.

— А что говорят? – напряженно интересуется отец, усаживаясь в кресло. Взмахом руки указывает на соседнее. – Прошу, Василий Петрович.

«Ну и этот туда же! - думаю раздраженно. – Зачем только папа его позвал?»

Бесит. Как же он меня бесит. Этот Генерал.

И отец тоже.

На ватных ногах разворачиваюсь, собираясь уйти к себе.

— Катя! – резко окликает папа. Вздрагиваю как от удара хлыста.

— Что? – оборачиваюсь на автомате.

— Садись, - кивает на свободное место. – Я хочу послушать твою версию случившегося.

На красивое волевое лицо набегает тень. Ситуация ничего хорошего не предвещает. По крайней мере для меня. Устало плюхаюсь на диван.

— Я ничего не знаю, - пожимаю плечами. – Я уже спать ложилась, когда Лариса закричала.

— Кстати, где она? – интересуется отец, оглядываясь по сторонам. – Вадим, мы что-то проголодались, - вскользь замечает помощнику.

— У нас мясо и торт. Будешь? – предлагаю порывисто.

— Спасибо, дорогая, - с кислым выражением замечает отец. – Наверное, эти продукты лучше выкинуть. Юру отравили.

— Я ел. Все нормально, - приходит мне на помощь Генерал. – Юра прилег, а меня Катерина и Лариса пригласили.

— Где она? – не выдерживает отец. – Ты ее куда-то отправила, Катя? Просил же не оставаться одной.

— Лариса уехала с Юрой, - растерянно сообщает Макаров. – Саня, я так понял, у них отношения. Она не могла остаться…

Для Евгения Ильича это главный аргумент, прощающий должностную халатность. Семейные обстоятельства. Но только не для папы.

— Что?! – рыкает он, не давая себе труда сдержаться. – Катя, ты знала? Какого не сообщила?

Ладони сжимаются в кулаки, а в глазах появляется злость. Да еще металл в голосе. Все. Я пропала.

— Пап, - смотрю растерянно.

— Они держались как коллеги, - откашлявшись, встревает в разговор Генерал. – Я их встретил в рощице. Никогда бы не подумал. А у меня глаз наметан.

— С Ларой я поговорю, - выдыхает отец и снова переводит строгий взгляд на меня. – Катя, в следующий раз повнимательней, пожалуйста, - просит меня как маленького ребенка. – У нас на работе личные отношения запрещены, - объясняет мне раздраженно.

— Пап, я ничего не знаю, - мотаю головой. Мне бы сейчас уйти. Прилечь. Поджать ноги к груди. И подумать. Генерал меня выручил. Осознанно или инстинктивно пришел на помощь. Не знаю. Но мне стоит об этом подумать. – Я хотела бы прилечь перед ужином…

— Я после ужина уеду, - роняет отец строго. – Потом поспишь.

И я остаюсь. Даже возразить не смею. Отец и так много сделал для меня. Даже сейчас примчался несмотря на занятость.

— Женя, а что врачи говорят? – переключается папа на Макарова.

А я выдохнув, поднимаю глаза на Генерала. И в который раз поражаюсь этому человеку. Василий Петрович кажется отстраненным и немного чужим. Будто это не ему я заехала коленкой по яйцам. Будто это не с ним мы чуть не занялись любовью в кабине лифта. Как я только устояла под Генеральским натиском?

— Все готово, Александр Георгиевич, - выглядывает из кухни Вадим. Вслед за отцом и Васечкой уныло плетусь на кухню. И больше всего желаю, чтобы этот дурацкий вечер закончился поскорее. Вполуха слушаю разговоры мужчин. Киваю иногда, если спрашивают.