Книга Только одна ночь. Ошибка прокурора, страница 58 – Виктория Волкова

— Ну и дела тут у тебя, — ворчит Наум, отползая к нашей калитке. Гребу за ним и с ужасом замечаю красный след на песке.

— Глеб, твою мать, — рычу, подрываясь с места. Уже во дворе отпускаю с рук собаку, затягиваю внутрь Наума и захлопываю калитку.

— Что это было? — хрипит тот и непонимающе смотрит на залитое кровью плечо.

— Разберемся, — помогаю подняться. Вызываю полицию, скорую. А сам лихорадочно думаю, как бы побыстрее перевязать Глеба, и Ларку мою не напугать.

История Кати Наумовой, сестры Глеба и первой жены Сарычева — Догнать и жениться! — https:// /ru/reader/dognat-i-zhenitsya-b145958?c=1284524

— Тсс… Все хорошо, малыш, — прижимаю к себе Лару. — Все закончилось. Все живы. Глеб Альбертыч у нас живее всех живых, — шепчу на ушко. Глажу по животу свободной рукой и очень надеюсь, что все обойдется, и наш ребенок досидит свой первый срок до конца и не попросится на выход по УДО.

«Рудников, сука!» — усмехаюсь мысленно. Решил ва-банк пойти. Но даже лучше так. Меньше доказывать. Савве я сразу позвонил, и он уже подсуетился. Дело СК забирает.

Шутка ли! На прокурора района покушение!

Нет, сначала наши бравые дознаватели пытались убедить меня во всякой хрени. Дескать, ошибка вышла. Охотник стрельнул в утку, пуля срикошетила… Ага-ага… Целых пять раз рикошетила. Пока рикошет не погнулся.

Прицельно били, гады. Профессионалы работали.

Вот только я сразу направил следаков к Рудникову. Дрозды, конечно, суки еще те. Но у них кишка тонка для активных военных действий. И мозги нужны. А они жиром заплыли. Другое дело, незабвенный мой зам. И мотив имеется, и ресурс.

— Это в тебя стреляли, Фелечка! — всхлипывает девчонка, прижимаясь ко мне. Сердце продирает насквозь от «Фелечки». И немудрено. Меня так только мама зовет.

— Вы с Глебом похожи. Если в полутьме смотреть, можно обознаться, — шепчет Лара, пальчиком рисуя на моем плече узоры.

«Я тебе обознаюсь!» — закипает внутри неведомое доселе чувство.

Никогда не ревновал Лиду, даже когда узнал о ее изменах, ничего кроме брезгливости не почувствовал. Собрал вещи и съехал на другую квартиру. Даже обрадовался немного, будто мне руки развязали.

И Катю не ревновал! Жил спокойно. Моя первая жена поводов никогда не давала.

А тут…

Умом понимаю, что Лара сейчас имеет в виду совершенно другое, а нутро подрывает от бессознательной ревности. Аж в глазах темнеет.

— Уже всех нашли, — глажу по животу, по спине, спускаю руку ниже.

Сейчас бы остаться вдвоем. Стащить дурацкие шмотки и хоть посмотреть на девчонку. Вторую ночь вместе, а все как школьники тискаемся.

Но сейчас нельзя.

Полон дом народу. А спальные места только на первом этаже понатыканы. Кровать еще не привезли. В гостевые тоже заказать надо. А мне все некогда.

На втором диване напротив Лариного под обезболом дрыхнет Наум. Детям Лара постелила в кухне на двухместном диванчике. Они с Алиской даже умудрились его разложить. А мне моя милая устроила ложе на полу. Ковер. Надувной матрас, отрытый где-то в кладовке, а сверху — обычная постель.

Я аж обалдел, когда среди ночи домой приехал. Пока в управе порешал, пока забрал из больницы Наума с забинтованным крылом, уже половина третьего бахнула. Подождал, когда наш колхоз угомонится, и к Ларе под теплый бок нырнул.

Привет, моя хорошая!