Книга Обожженные изменой. Право на семью, страница 16 – Виктория Волкова

— А где проводник? – стучит кто-то в купе. И я дергаюсь будто от удара.

— Не открывай, - перехватывает меня за плечи Степан Александрович. Развернув к себе, залепляет рот поцелуем.

— Ира, ты здесь! – стучится Маринка.

— Какую-то Иру зовут, - усмехается криво мой мимолетный любовник. И снова требует к себе внимания.

— Мне нужно идти, - пытаюсь вырваться из объятий и сама не хочу никуда идти. – Я одна сейчас. Без сменщицы, - стараюсь объяснить ситуацию.

— Иди, - отпускает меня Белов и на прощание хватает за задницу.

— Ира! – снова зовет подружка. Никуда она не ушла, зараза. А я то надеялась!

— Я иду, Марин, - запоздало подаю голос. И уперев палец в широкую грудь, прошу тихо. – Я выйду, а вы подождете немного и пойдете к себе. Хорошо?

— Конечно, - осклабившись, соглашается Степан Александрович и добавляет хриплым срывающимся голосом. – Только ты потом приходи ко мне. Иначе сам за тобой вернусь.

Значит ни одну меня проняло. Ему тоже зашло.

— Проезд для животного не оплачен, - заявляю, входя в купе. Кошку уже достали из переноски и она восседает на коленях у женщины.

— Я вообще не понимаю, почему надо за нее платить, - поджимает губки она. – Мява-такая красивая.

— К сожалению, это не основание для бесплатного проезда, - решительно мотаю головой и добавляю с нажимом. – Я вынуждена вызвать начальника поезда.

— Вероника, - заглядывает мне в лицо Масик. – Может, мы можем решить этот вопрос… Так сказать не отходя от кассы?

— Это не ко мне, - отказываюсь резко.

— А почему? – улыбается мне женщина. – Неужели тебе не хочется красивую блузку купить или помаду. А может быть туфли.

— У меня все есть. Я не нуждаюсь, - чеканю каждое слово.

— Такая гордая, - усмехается нехорошо мужчина и поднимается с места. Замахивается, собираясь ударить. Перехватываю руку, за малым не ломая пальцы. Тут Борьке моему большое спасибо. Научил. Все детство как служебную собаку гонял. Подружки мои ходили на свидания и танцы, а я отрабатывала удары в спортивном зале.

— Ты одурела? – вскрикивает мужик, потирая пальцы. – Да я тебя…

Слава богу, дверь в купе открыта. Отступаю в коридор и чуть не натыкаюсь на Белова.

— Я разберусь, Вероника, - ухватив меня за руку, заводит меня к себе за спину. Ждет, пока я отойду подальше и входит к соседям. – Мужик, ты рамсы попутал? Заплати за кошака и езжай спокойно. Чего на людей кидаешься?

— Так она брать не хочет, - бухтит Масик.

— И ты решил поучить уму-разуму? – усмехается Белов. – А девчонка дала сдачи.

— Ну это так не останется, - пыхтит супруга Масика. – Я позвоню Ясеневу… Девку эту отсюда в два счета выгонят.

— Заткнитесь, мадам, - совершенно спокойно обрывает ее Степан Александрович и добавляет резко. – С начальником поезда вопрос порешайте. А девчонку не трогайте. Она при исполнении. Уважайте труд простого человека и вам зачтется.

— А вы до Адлера едете? – переобувшись в прыжке, весело интересуется Масик. – Может, по коньячку? Замнем так сказать… А заодно и познакомимся. Где-то я вас видел…Максим Владимирович, - протягивает Белову руку.

Неужели пожмет? - екает у меня в груди.

— Степан Александрович,- сжимает белую ладонь Масика Белов. – Приятно познакомиться. Но от коньяка вынужден отказаться.

— Откуда я тебя знаю? – вздыхает Масик, показывая на Белова пальцем. – Но я вспомню. Обязательно вспомню!