Книга Случайная девочка, страница 9 – Виктория Волкова

— Любопытно, а что в них? Золото? — спрашиваю саму себя и, вернувшись в постель, пытаюсь снова уснуть.

«Интересно, сколько времени?» — судорожно тянусь к телефону. Трубка вибрирует на ладони, а экран загорается от пришедшей эсэмэски.

«Кто вы? Представьтесь, пожалуйста!»

Захлебываясь слезами, прижимаю к груди старенький смартфон.

Все. Теперь окончательно все. Лайма мертва. Никаких надежд не осталось. Моя сестра ни за что бы не спросила подобную чушь. Значит, ее телефон в чужих руках.

А ее самой уже нет в живых. Прикрыв глаза, пытаюсь выровнять дыхание, и в этот момент телефон заходится трелью.

Трясущимися руками отключаю сначала звук, а потом и смартфон. Падаю на постель, утыкаюсь носом в подушку и реву.

Но слезы постепенно высыхают, боль притупляется, а тело безвольно обмякает, устав от дикого напряжения. Рядом дрыхнет ничего не подозревающий малыш. Сопит смешно и трогательно, успокаивая меня каждым вздохом. Частица моей Лаймы. Ни за что его не брошу!

Слышу сквозь легкую дрему, как приоткрывается дверь в комнату, и чуть хриплый голос зовет меня тихо.

— Оливия, ты не спишь?

Дергаюсь спонтанно. Замираю, притворившись спящей. Но на Анквиста мой театральный талант не действует.

Бесшумно проходит в спальню, наклоняется надо мной, обдавая коньячными парами.

— Не спишь, — не спрашивает, выносит вердикт и роняет с явной неохотой. — Я пришел извиниться.

— Мальчик для обогрева ног? Точно? — давлю взглядом обалдевшего Ефима. А сам в полном ахере смотрю на сбегающего по лестнице Рустама Асгарова.

Твою ж мать! Мой главный конкурент в моем доме. В Риткиной постели! А служба безопасности не при делах. Начальник вон сидит, ж. пу морщит.

— Привет, брат! — подходит Рустам с печальной улыбкой. Протягивает руку для приветствия. — Вот ты о нас и узнал, — вздыхает покаянно.

Но я знаю цену этому человеку. Не верю ему. Ни одному слову не верю.

— Я вижу, ты хорошо постарался, — усмехаюсь криво. — Садись. Давай поговорим о свадьбе. Когда планируешь?

— Да хоть завтра. Я — человек свободный. Маргарите уже год как предлагаю. А она упирается. Но сейчас, видимо, карты сложились должным образом…

Год, твою мать! Год! А я ни ухом, ни рылом. Как такое возможно?

Но похоже, Маргариточка моя — девочка прошаренная. Знает, как облапошить Ефима и остальных бакланов.

— Есть еще что-то, что я должен знать? — вскидываюсь напряженно. Инстинктивно сжимаю челюсти и кулаки.

— Породнимся скоро, Федор Николаевич, — выставляет напоказ белоснежные зубы Рустам.

Вдарить бы, выбить в крошку. Но нельзя.

Вон, Маргарита вцепилась в спинку кресла обеими руками. Молчит. Но переживает сильно. Видать, втюхалась в Рустама по самое здрасьте. А у него этих телок…

Хотя за последний год я не слышал ничего о его загулах.

— Это все? — вижу, как колпашит Ритку. Краем глаза замечаю, как она мотает головой, приказывая Рустаму молчать.

И этот баклан ее слушает. Тот самый неумолимый Асгаров. Вот так поворот.

— Я советую сказать правду, — тяну лениво. — Время сейчас сложное, брат, — вздыхаю натужно.

И кажется, Рустам меня понимает.

Зыркает на Марго черными как вишни глазами и, откашлявшись, спокойно заявляет.

— Мы с Маргаритой скоро станем родителями. Так что свадьба не за горами, брат. Породнимся с тобой.

— Какой срок? — открываю объятия. Улыбаюсь. Если мой оскал можно назвать улыбкой.