Онлайн книга «Случайная девочка»
|
Это «Мась» и наивный детский поцелуй пробивают слабую броню в моей душе. И я, лишь на миг затаив дыхание, решаюсь на самый безумный шаг в своей жизни. Принять условия Федора и плыть по течению. Опасная затея, но есть ради чего рисковать. Дамирка вырастет у меня на глазах, а не с левой теткой. И Анквист будет моим. Моим мужем! Даже самой не верится! Так бывает? «Да будь что будет!» — обрываю поток запоздалой паники и вместе с Федором выхожу из машины. Его пальцы по-хозяйски замыкаются вокруг моего запястья. На другом плече, открыв рот, спит Дамир. Анквист несет его как пушинку и на ходу слушает сбивчивый рапорт экономки. Комната готова, стол накрыт к позднему ужину, няньку Дамиру нашли… — Спасибо, Валя, — коротко роняет Федор и ведет меня на второй этаж. Только в другое, хозяйское крыло, где для нас приготовлены самые настоящие апартаменты, похожие на королевские. Анквист открывает высокие белые двери, украшенные позолоченной резьбой. Пропускает меня вперед и роняет мягко и добродушно. — Добро пожаловать домой, жена! А потом проходит в спальню, отделенную от небольшого холла легкой перегородкой с арками. Укладывает на большую кровать Дамира и смотрит на меня в ужасе. — Оль… Ты тут сама располагайся. Я сейчас приду. — Д-да, х-хорошо, — блею как дурочка. Запал мой куда-то испаряется, а ему на смену приходят ужас и паника. Как? Я буду спать с Федором? Заниматься любовью? Он же меня раздавит! Словно подслушав мои мысли, Анквист выходит из апартаментов, оставив меня одну. Брачная ночь сегодня? Серьезно? В растерянности оглядываюсь по сторонам. Сейчас бы упасть на постель, порыдать по Лайме и умудриться поспать хоть пару часов. А утром поехать в универ. Зайти в деканат, выслушать приправленную угрозами гневную речь декана и пойти на занятия. Все что угодно, только не романтик! И так слишком много проблем и бед навалилось. Осторожно снимаю с Дамира курточку, ботиночки и напоследок — тонкую вязаную шапочку. Как сапер на минном поле, осторожно приподнимаю голову спящего малыша, одним движением стаскиваю шапку и перекладываю ребенка в кроватку. И только сейчас замечаю зацепленную за карниз вешалку. А на ней, словно летящий по портьерам, белый шелковый халат с кружевными вставками. — Это тоже мне? — выдыхаю в ужасе. «Тебе. Тебе», — подзуживает внутренний голос, и внутри все переворачивается от лавины страха и замешательства. Нет. Я так не хочу! Не могу. Уложив Дамирку в кроватку, сама в изнеможении опускаюсь рядом. Как же быть? Ума не приложу. Отказать Федору? Или подчиниться? Это же по его приказу соорудили спальню и пеньюар дурацкий выдали. Что же делать? Неохотно плетусь в ванную, скидываю с себя траурные шмотки и встаю под душ. Закрываю глаза, позволяя горячей воде струиться по телу. Не сразу, но приходит расслабление. Когда-то надо переступить черту. А то буду до восьмидесяти лет носиться с девственностью, как курица с яйцом. Из комнаты слышится какой-то шум. Открывается дверь, потом что-то падает. Федор вернулся? Или это проснулся малыш и выбрался из кроватки? Наскоро вытираюсь пушистым белым полотенцем и, накинув такой же халат, запахнувшись на ходу, бегу в спальню. А там… О господи… А там… В кресле нога на ногу сидит самодовольный Федор Николаевич. А рядом с кроватью возвышается на подставке большая ваза с белыми розами. Около окна еще одна — с красными. А в гостиной — с розовыми. |