Книга Белый шум, страница 57 – Виктория Волкова

— Не-а, – рассмеялся Денис. – Вот представь три сферы, одна над другой, а внутри самой маленькой находится человек. И все, кого он впустил в первую, его близкие и родные. Он для них в лепешку расшибется. Во второй, чуть побольше, друзья-приятели. Тут он душа компании и хороший друг, что в беде не бросит. В третьей – остальной круг общения. Тут уже идет принцип «ты – мне, я – тебе». А все остальное – это космос. Можно, конечно, человека вне сфер притянуть в первую, но это нереально.

— А ты у Гоши под каким тазиком? – ухмыльнулся Влад.

— Честно говоря, про себя никогда не задумывался. А Нина с Ромкой, естественно, в первой сфере. Семья все-таки. А мы с Катериной, наверное, во второй, – Денис строго посмотрел на дочку в коляске, потрогал нос. Казаринов глянул на Антошку и сделал то же самое.

— Нос теплый, значит, гуляем дальше, – постановил Цесаркин.

Они катили коляски с детьми по Тарнаусскому парку и лениво переговаривались о всяких пустяках. Старательно избегая важных тем.

— Да, кстати, – нарушил добровольное табу Казаринов. – Элла утверждает, что роспись на договоре не Кристинкина.

— Точно? – насторожился Денис. – Тогда нужно узнать, где именно твоя сестра работала все эти годы. Запрошу документы с ее подписью, и отправим на экспертизу. Умоем ПоПу.

— Да вроде он неплохой, этот Влад, – вздохнула Нина, глядя вслед идущим впереди мужчинам.

— Ага, – согласилась Элка и тут же продекламировала детские стишки: – Помнишь, он парень неплохой, только ссытся да глухой!

— Все так ужасно? – искренне изумилась Нина. – Он что, сморкается в скатерть или вытирает руки об занавески?

— Нет, – мотнула головой Элла. – Казаринов – хороший благородный человек. Он не жадный, с ним интересно и надежно.

— Так это и хорошо, – заявила Нина. – Очень хорошо. Надо брать!

— Вот только у него один маленький недостаток. – Элка остановилась и махнула рукой в сторону детей и их отцов. – Гляди, он нос Антошке щупает. За Денисом повторяет.

— Не повторяет, а учится, – наставительно поправила Нина. – А какой недостаток? Пенис маленький или кривой?

— Ну тебя, – фыркнула Элла. – Там тоже все хорошо. Не волнуйся.

— Сколько баллов? – тут же поинтересовалась Нина.

— Я бы дала все пятьдесят, но сама знаешь, после долгого воздержания не считается.

— Ну да, – согласилась Нина и полюбопытствовала с горячностью: – А недостаток какой?

— Он любит другую, – пробормотала Элла. – Забыла?

— Нет, ну крот мне в рот, – выругалась Нина. – Просто думала, что ты обратила его в свою веру, а та профурсетка забылась, как страшный сон.

— Не знаю, – вздохнув обронила Элла. – Влад заботится обо мне и сыне. С ним легко. Но у меня нет уверенности. И если честно, Нин, я боюсь увязнуть! Привыкну, разомлею, выйду за него замуж. И все без любви. Мама говорит, что лучше жить с любимым человеком. Но хочется и с любящим тоже. А если эта фифа его поманит? Он же побежит к ней. И что я тогда буду делать? А ребенок?

— Я тоже не знаю, – сморщила идеальный нос подружка. – Тебе Мишка ключи от хаты отдал?

Элла кивнула.

— Вот и поезжай в Москву. Себе голову проветришь и Казаринову заодно. Погуляешь по бульварам и Красной площади, поживешь в особняке в центре города. Там, знаешь, люстры как в музее и стены мрамором облицованы. И на входе целая команда: консьержка, дворник и два охранника… Никто чужой не пройдет.