Книга Белый шум, страница 48 – Виктория Волкова

Элла, чуть не подавившись бульоном, посмотрела с сомнением, а Игорь Чижов насторожился и даже есть перестал.

— Что за идея, Владислав Алексеевич? – азартно поинтересовался он.

И Казаринов, осторожно втянув в разговор Элку, принялся рассуждать вслух.

Элла, почувствовав легкое раздражение, хотела было остаться в стороне, но Влад что – то придумывал, задавал вопросы Чижову и всячески советовался с ней, так что остаться в стороне оказалось невозможным. Обед превратился в мозговой штурм. Удалось даже придумать небольшой сюжетец на основе Элкиного сценария, музыкальный фон и спецэффекты.

— Я же говорил вальсятам, что у нас проект – бомба, – хохотнул Чижов на прощанье, – и не соврал!

Когда за ним закрылась дверь, Элла повернулась к Казаринову и печально заметила:

— Я не желаю, чтобы ты использовал меня. Ни в профессии, ни в личной жизни.

— А я только за, чтобы ты пользовалась мной. Можешь как фотографом, хочешь, как любовником…

Она негодующе глянула на него и, стукнув кулачком по предплечью, тяжело вздохнула:

— Откуда ты свалился на мою голову?

Владислав Казаринов, знаменитый фотограф и бизнесмен, вгляделся в лицо стоявшей напротив женщины. И внезапно подумал, что именно такой доброй и правильной у него не было никогда. Нет, слабый пол вился рядом со времен начальной школы. Девчонки писали ему записочки и назначали свидания. Влад даже смутно помнил некую историю, когда две девицы из параллельного класса подрались из – за него в школьном туалете. Потом в университете строили глазки и недвусмысленно намекали не только студентки, но и молодые преподавательницы. А он встречался с отвязной девчонкой из соседнего училища искусств. Она ловко играла на фортепьяно, курила длинные черные сигареты и носила странные, собственноручно пошитые наряды. Это время Влад запомнил, как самое веселое в своей жизни. Потом, уже став фотографом, он встречался с моделями, их визажистами, стилистами и костюмерами. Но никогда никого не приходилось завоевывать. Даже Лизу. Он предложил ей встречаться, а она просто согласилась. Никаких метаний или уговоров. Потом, правда, для него как гром среди ясного неба стал ее уход. Нет, они никогда не жили вместе. Лиза уверяла, что ей нужно больше личного пространства: поухаживать за собой, побыть в одиночестве. Поэтому он не сразу обратил внимания, что из съемной квартиры сначала исчезли один за одним все ее наряды и туфли, а затем и электрическая зубная щетка.

— Между нами все кончено, – отрезала Елизавета, когда он сунулся к ней за объяснениями. Она обругала его подлецом и мразью, а через полгода вышла замуж за другого. А он – то понять не мог почему! Не знал, какие гадюки пригрелись рядом. Все трое!

Теперь же, глядя на Эллу, Казаринов понял, что на этот раз на внешность и деньги можно не надеяться. Рестораны и тряпки точно не подействуют. Бриллианты? Навряд ли. Придется включить все обаяние и окружить Элку и Антошку вниманием и заботой, чтобы растопить заиндевевшее сердечко и добиться хотя бы доверия.

— Помоги мне с дневниками сестры, – попросил он, поняв, что она не собирается поддерживать беседу. И сам себя похвалил за находчивость.

— Что от меня требуется? – кротко поинтересовалась Элла. – В чем ты не можешь разобраться?

— Кристина писала для себя. Упоминала чаще прозвища, чем имена и фамилии. Но, может, по описываемым событиям ты поймешь, о ком речь? Мне, главное, найти Леонида. Понять, почему сестра боялась его? Причастен или нет к ее смерти?