Книга Белый шум, страница 33 – Виктория Волкова

— И моего тоже, – процедил Влад, решив, что пора сдать все явки и пароли.

Он выдержал суровый взгляд Дениса и гневную отповедь, сводившуюся к фразе: «Где ж ты был раньше, папаша?», и пока Цесаркина несло, раздумывал, как оправдаться. Валить на мать и сестер не хотелось. Поэтому Казаринов развел руками и просто сказал:

— Дэн, звучит глупо, но я правда в душе не ведал! Теперь стараюсь исправиться, но Элка настроена решительно. Не знаю, как побороть это противостояние.

— Ты когда узнал?

— Вчера.

— Еще мало времени прошло, но придется постараться, – заметил он и тут же удивленно ахнул: – Трахни в бок меня, медуза! Это что же получается? Прекрасный сценарий для водевиля. Кристина шантажирует Мишку, а он крестит твоего сына. Но при такой деятельности она точно не случайно с той машиной встретилась. Нужно искать еще жертв. Тогда и убийца найдется!

— Я уже нашел в записях какого-то Леонида, – отчитался Казаринов. – Он ей постоянно угрожал. Сестра его боялась. Но никак понять не могу, кто это.

— Со временем выяснится. Чаще всего этот кто-то из близкого окружения, на кого и не подумаешь.

— Я докопаюсь, – рыкнул Влад и внимательно глянул на друга. – Только я очень тебя прошу, Дэн, не распространяйся о моем отцовстве. Хочу, пока ветер без камней, решить вопрос с Эллой.

— Вот тут я тебе ничего обещать не могу, – хохотнул Цесаркин. – Поселок у нас небольшой, все друг друга знают. Жена моя точно все подробности у Элки выведает.

— Все? – изумился Казаринов.

— А ты как думал, – вздохнул Денис. – Еще и оценку тебе поставят…

— Какую? За что? – испугался Влад.

— У них там несколько показателей. Прям как на собачьей выставке. За экстерьер, внешний вид то есть, за душевные качества, ну и самый главный – это койка! Даже не знаю, сколько ты наберешь, – хмыкнул дурачась Цесаркин.

— А у тебя какой рейтинг? – ехидно полюбопытствовал Казаринов.

— Десять из десяти, – довольно заявил Денис. – А что? Я – красивый, щедрый и Нинке все нравится…

— И скромный, – пробурчал Влад.

— Скромность не мой конек, – отмахнулся Цесаркин. – Скромный адвокат – это оксюморон какой-то! Фотограф тоже!

Казаринов кивнул мрачно.

— Разберемся, с Эллой потребуется время, но я ее уломаю. Меня больше интересует долг моей сестры, выданный ей любовником. Откуда у него такие деньги и на что она их могла потратить?

— Я разузнаю у Мишки общую сумму компенсации, – пообещал Денис. – В этой мутной истории, чем смогу, помогу. А вот наводить мосты с Эллой тебе придется лично. От меня толку мало, да и с женой ссориться из-за вас не хочу. Она уж точно примет подружкину сторону и пожелает тебе катиться в ад.

— Я и так там, – процедил Казаринов. – За вчерашний день моя жизнь круто изменилась.

— Из-за сына?

— Не только…

— Что еще?

— Долгая история.

— А я никуда не спешу, – ухмыляясь заметил Цесаркин и в подтверждение своих слов растянулся в кресле.

Закончив разговор, Элла недовольно глянула сначала на потухший экран сотового, а потом на развалившегося около кухонного стола Джона.

— Все проспал, защитник, – пробурчала она, легонько пнув черный покатый бок. – Чужого в дом пустил, сам задрых.

Джон громко зевнул, нимало не обеспокоясь от хозяйского пинка. Прорычал что-то сквозь сон. И этот недовольный рык означал только одно: