Онлайн книга «Назови меня чужой»
|
— В следующую субботу. Успеешь подготовиться… — Мы же с девчонками в Финку едем. Забыл? – фыркает она. Ей не хочется тащиться со мной в провинциальный город на Юге. И общение с моими родственниками тоже навевает тоску. По глазам вижу. Но спорить или упрашивать не собираюсь. Поженимся, привезу знакомиться. А пока пусть откисает в крутом финском спа. Девочки любят себя потешить массажем и сауной. 12 Домой я прилетаю в полдень. На выходе из зала прилетов меня уже ждет солидный мужик с табличкой. — Никита Вадимович, – басит над ухом. – Евдокия Вадимовна велела вас сразу в Филипповку везти. Все уже там. Из прикрытого специальной сетчатой шторкой окошка крутого Мерса я с изумлением смотрю на город. Многое изменилось. Окраины застроили высотками, а центр остался прежним. — Дусь, – звоню сестре. – Может, что-то купить дорогой? Цветы какие-то… — Никита, у папы оранжерея. Какие цветы, бро? Лучший наш подарочек – это ты! – смеется она в трубку и заговорщицки добавляет. – Мы папе ничего не говорили… — Ну, как-то намекните аккуратно, – прошу я и чувствую, как сердце затопляет жгучий стыд. Блин, совестно-то как! Отец, поди, меня отчаялся увидеть. Сюрприз Дуська готовит. С ума сойти! Дожились! Машина петляет через город, а потом снова выезжает на трассу. Мчит мимо каких-то торговых центров и, свернув на знакомую дорогу, перекрытую шлагбаумом, несется мимо коттеджей и особняков. Останавливается около новых кованых ворот. Калитка почти сразу же открывается, являя миру моих обеих сестер. Двух абсолютных красавиц, по моему личному рейтингу. Чуть пополневшая Дуська держит за руку дочку, а худенькая и нежная Анастасия пританцовывает рядом. — Ну, наконец-то, – ухает Евдокия, обнимая меня и целуя в щеку. А Настя виснет на шее, да еще поджимает ноги. — Девчонки мои дорогие! – кричу я, сгребая обеих в охапку. — Папа-папа! – раздается рядом писклявый голос. – Какой-то дядя приехал и целует маму! – кричит испуганно маленькая вертлявая Нелли, названная в честь моей матери. На улицу сразу же выскакивает встревоженный Агафонов. Взяв дочку на руки, смотрит с легкой усмешкой. — А-а… это ты… Шагнув во двор, тут же оказываюсь в медвежьих объятиях отца. — Никита, – улыбается он, но я в глазах замечаю слезы. – Это ты хорошо придумал. А почему один? Где твоя Инна? — Потом привезу, познакомитесь, – ухожу от ответа. Всматриваюсь в лица родственников. Дуська со своим Агафоновым, Илья с женой. Немного постаревшая мачеха, выскочившая на крыльцо. — Никитка, – обнимает за плечи, но глядит напряженно. – Ну, наконец-то дождались! Возвращение блудного сына! — Да я особо и не блудил, – заявляю весело. Вслед за отцом захожу в дом, где почти ничего не изменилось. Те же обитые деревянными панелями стены. Массивная дубовая лестница, ведущая в спальни семьи. Огромный зал с камином и кухня, в дверях которой замерла какая-то девица в цветастом нарядном платье. Не прислуга, а значит. кто-то из близких. Вот только кто? Не узнаю сразу. Киваю, всматриваясь в лицо, обрамленное каштановыми прямыми прядями. Зеленые глаза обалдело ощупывают меня с головы до ног. — Не узнал? – довольно спрашивает зашедшая следом мачеха. – Так тебе и надо! — Яна! – вбегает в дом Дуська. – Ну что ты на кухне торчишь? Одевай близнецов, сейчас Миша с детьми на площадку пойдет. А мы пока стол накроем! |