Книга Отец жениха. Будешь моей, страница 35 – Татьяна Бэк

Ребята безмолвно и покорно прыгают в машину сопровождения и отчаливают, явно опасаясь спорить с хозяином в такой момент.

Когда Сергей открывает дверь и усаживается на водительское сиденье, сжимаюсь от страха. Взгляд обычно холодных и бесстрастных глаз сейчас кажется сумасшедшим.

— Катя… – сухим и безжизненным голосом, так не вяжущимся с лихорадочным блеском глаз, начинает он.

Дёргаюсь, будто от удара, и стараюсь съёжиться так, чтобы занимать как можно меньше в пространстве. Была бы возможность – вообще исчезла.

— Извини… я не хотела… Я не думала, что так получится… – всхлипываю, размазывая слёзы по лицу.

— Малыш, всё уже позади! – шепчет мужчина, нежно проводя ладонью по моим волосам. – Эти уроды что-то успели плохое с тобой сделать?

Лишь машу головой, не в силах ответить.

— Это ничего не меняет! – непонятно заявляет Сергей, а я невольно поднимаю на него взгляд.

Сейчас мужественное волевое лицо кажется вырубленным из камня: застывшее и невероятно красивое. Но вдруг мужчина улыбается и становится похожим на смертоносного демона, задумавшего что-то ужасное.

— Поедем ко мне! Ты устала. Слишком много стрессов и событий за последнее время для такой хрупкой девочки. Обещаю, что не собираюсь удерживать тебя. Как только поймёшь, что отдохнула и восстановилась, сразу уйдёшь. Я дам тебе денег. В конце концов, будем считать, что это плата за твоё молчание о том, что сделал Ник.

— Но… – начинаю я и не знаю, как продолжить.

Слишком много мыслей в голове, но они вязкие и тягучие, словно кисель. Признаться, что не хочу уходить? Сказать, что мне не нужны его деньги? Спросить о судьбе бриллиантов?

Свёкор не дожидается, когда закончу фразу, и трогает машину с места с такой силой и яростью, что меня буквально вжимает в сиденье. Пока едем до его дома, всё глубже ныряем в давящий океан молчания. С каждой секундой всё сложнее нарушить эту звенящую острую тишину. Пару раз прочищаю горло и готовлюсь говорить, но сил не хватает… Да я и не знаю, как объяснить этому суровому, явно разъярённому мужчине, перед которым так виновата, что у меня на душе?

Тишина сопровождает нас, и когда возвращаемся в дом, из которого так неосмотрительно и безрассудно сбежала, но сейчас он уже хорошо виден в суровом свете пасмурного утра: ёжится на ветру и смотрит на меня поблескивающими окнами неприветливо, будто обидевшись.

— Можешь вернуться в свою комнату. Если понадобится что-либо, набери на внутреннем телефоне цифру один, звонок автоматически перейдёт на личный аппарат экономки. И если решишь уйти, то не сбегай просто так. На прикроватном столике сумка с деньгами, – вызови хотя бы такси.

Голос Сергея настолько холодный, что, кажется, в помещении сейчас выпадет снег. Даже не глядя на меня, он резко разворачивается и уходит в свой кабинет. Мне бы броситься следом, но покорно отправляюсь в спальню, где ещё несколько часов назад мы были так счастливы.

Кажется, в спальне ничего не изменилось… Разве что кровать заправлена свежим постельным бельём, а на столе вместо моей короткой прощальной записки дипломат с наличкой. Даже на глаз понятно, что суммы хватит на то, чтобы начать новую жизнь, но я даже не прикасаюсь к денькам. Вместо этого прохожусь по комнате, вспоминая, что вот на этом месте Сергей сжимал меня в объятиях, вот здесь я испытала свой первый оргазм, а на этом крае кровати творила такое, что невольно заливаюсь краской.