Книга Виновница судьбы, страница 181 – Анастасия Чехова

— Мам, — сказала она, — а можно я буду называть его Алекс? Не Александр, а просто Алекс?

Я завязала бант на её волосах.

— Конечно. А почему ты спрашиваешь?

Она пожала плечами, но в этом жесте не было безразличия — скорее лёгкая застенчивость.

— Он сказал, что я могу называть его как удобно. Но Александр — это слишком длинно, когда просишь передать масло.

Я не сдержала улыбки.

— Тогда Алекс.

Она кивнула, чмокнула меня в щёку и выбежала в коридор, где её уже ждал Александр — с её рюкзаком в одной руке и ключами от машины в другой.

Я стояла в дверях и смотрела, как он помогает ей застегнуть куртку, как она что-то говорит ему, а он серьёзно кивает, будто обсуждает нечто важное.

Ветер с улицы донёс запах утра, и я почувствовала, как внутри разливается ровное, тёплое чувство, которое не нужно было называть.

К концу сентября наша жизнь окончательно вошла в новое русло. У нас появились свои ритуалы: пятничные ужины с пиццей и фильмами, воскресные прогулки в парке, вечерний чай на кухне, когда Эмили уже спала. Я перестала вздрагивать, когда телефон вибрировал в неудобное время. Перестала ждать подвоха в хороших моментах.

Октябрь пришёл с первыми дождями. Город накрыло серым небом, мокрым асфальтом и запахом влажной листвы. В один из таких дождливых вечеров я стояла у окна в гостиной и смотрела, как по стеклу стекают капли, сливаясь в тонкие прозрачные дорожки. За окном было сыро и зябко, а в квартире горел тёплый свет, пахло корицей, и где-то на кухне закипал чайник.

Ко мне подошёл Александр, встал сзади и обнял за талию, положив подбородок на моё плечо. Мы молча смотрели на дождь, на мокрые ветки деревьев, на редкие фигуры прохожих, спешащих под зонтами.

— Я люблю тебя, — сказал он.

Негромко. Спокойно. Без подготовки.

Я почувствовала, как по телу пробежала тёплая волна — не острая, не удивлённая, а ровная, наполняющая, как первый глоток горячего чая в холодный день.

Я повернулась к нему и посмотрела в глаза.

— Я тоже тебя люблю, — сказала я.

Он улыбнулся, и в этой улыбке было всё, что мы не говорили вслух.

Дождь за окном усилился, но нам было тепло.

Я думала о том, как странно и правильно устроена жизнь. Год назад я не верила, что смогу снова доверять. Полгода назад — что смогу полюбить. Месяц назад — что смогу принять предложение и не испугаться.

А сейчас я просто сидела на кухне с чашкой чая, рядом с мужчиной, который любил меня, и чувствовала, как внутри меня больше нет ни страха, ни боли, ни пустоты. Только тихое, ровное счастье.

Спустя год.

Августовское солнце уже заглядывало в окна, а с залива тянуло прохладным ветром. Сан-Франциско просыпался, даже не подозревая, что сегодня для меня начинается совершенно новая жизнь.

Я открыла глаза за минуту до будильника. Не от привычки — просто тело само знало, что сегодня нельзя проспать. Несколько секунд я лежала неподвижно, глядя в потолок, где утренний свет рисовал размытые золотистые пятна. Где-то из приоткрытого окна тянуло влажной прохладой и далёким, едва уловимым запахом океана.

Я повернула голову.

В углу комнаты, на плечиках, висело платье. Ткань переливалась в утреннем свете мягким, белого оттенка. Оно висело там со вчерашнего вечера, и я специально не убирала его в чехол, чтобы видеть.

И только тогда пришла мысль.