Книга Виновница торжества, страница 40 – Анастасия Чехова

— Ты... невероятна, — прошептал он, наконец медленно отстраняясь, и когда он вышел, поток смазки и его семени хлынул наружу, стекая по моим бёдрам, заставляя меня вздрогнуть от остаточного удовольствия. Я легка на холодную столешницу, Дэвид облокотился на нее и завис надо мной. Мы мокрые, измотанные, но полные жара, и воздух кухни был пропитан ароматом нашего желания — солоноватым, пьянящим, обещающим, что это только начало.

Он помог мне слезть с поверхности — его сильные руки обхватили мою талию, скользнув по вспотевшей коже, и поставил на пол, где ноги всё ещё дрожали от эха оргазма, а между бёдер ощущалась липкая, теплая влага. Подал мне мои вещи — юбку и топ, пропитанные нашим потом и ароматом страсти, — и прошептал:

— Ванная наверху слева, — его дыхание было неровным, грудь вздымалась, но улыбка не сходила с лица, хищная и довольная, как у победителя. — Приводи себя в порядок и спускайся, — подмигнул он мне с лукавым блеском в глазах, заставляя внутри вспыхнуть новую искру желания, несмотря на изнеможение.

Я улыбнулась краешком губ, чувствуя, как тело гудит от его близости, развернулась и пошла на второй этаж по винтовой лестнице — грациозно, как кошка, виляя бёдрами, очень счастливая в этот момент. Поднявшись на второй этаж, сразу нашла нужную комнату — ванную, очень просторную, с большими окнами, пропускающими лунный свет, и огромной душевой кабиной из стекла, где вода могла бы ласкать тело, как его пальцы.

Взяв полотенце из стопки — мягкое, пушистое, как облако, — я залезла в душ, включив горячую воду, которая обрушилась на меня потоками, смывая нашу страсть: пот, соки, его семя, которые остались на бёдрах. Тело отзывалось на каждое моё прикосновение — там, где минуты назад были прикосновения Дэвида, кожа горела, соски напряглись под струями, а пальцы невольно скользнули по клитору, всё ещё чувствительному, заставляя тело вздрогнуть от воспоминания о его твердом члене внутри. Я закрыла глаза и блаженно улыбнулась, позволяя воде ласкать каждый изгиб: "Это было так мокро, так жгуче..."

Выйдя из душа, вытерлась очень мягким полотенцем — ткань скользила по влажной коже, как шёлк, оставляя след мурашек, — и посмотрела в зеркало. Мой взгляд упал на следы на шее, груди — красные засосы, укусы, которые пульсировали, напоминая о его зубах, губах. Я вздёрнула брови, понимая, что эти метки не так быстро пройдут, и мысль кольнула: "Если это увидит Кристиан по приезду... Боже..." — мысленно я начала себя карать, глядя в зеркало себе в глаза, "Какая ты грязная, Лэйн, изменяешь ему с этим похотливым ублюдком, и ещё кончаешь от него, как в порно". Но что-то в глазах внутри сверкнуло темной искрой — той самой, которая шептала: "Это было так хорошо... Его член внутри, толчки…".

Снова надев свою одежду — топ прилип к ещё влажной груди, юбка обняла бёдра, напоминая о его руках, — я спустилась вниз, чувствуя, как тело всё ещё гудит, а между ног тянет от послевкусия. Дэвид уже ждал в зале, раскинувшись расслабленно на кожаном диване — ноги раздвинуты, обнаженный торс, блистал от воды.

— Давай сюда скорее, — поманил он вином в бокале, его голос низкий, манящий.

Я спокойно обошла диван, и он показал, чтобы я легла к нему между ног — прижаться спиной к его груди, чувствуя тепло его тела, его дыхание на шее. Парень подал мне мой бокал — вино искрилось, обещая разжечь огонь заново. И включил фильм: "Синистер" — тёмный ужастик с сверхъестественными тенями и пугающими шёпотами, идеально подходящий, чтобы страх смешался с нашим желанием, заставляя прижиматься ближе в темноте.