Книга Искатель 23, страница 93 – Сергей Шиленко

А вот лёгкие у парня оказались лужёными. Едва приоткрыв глаза, Дорин выдал такую заливистую сирену, что у меня на мгновение заложило уши. Я не удержался и рассмеялся. Всё стало ясно сразу: в отличие от своей тихой, застенчивой матери, этот тип скромничать в жизни точно не собирался. Он громко, требовательно и предельно нагло заявлял всему миру своё право на место под солнцем — и плевать он хотел, удобно это кому-то или нет.

— В отца пошёл, — устало, но счастливо улыбнулась Роза с подушек. Её длинные ушки чуть подрагивали. — Такой же упрямый.

— Это ещё бабушка надвое сказала, кто тут упрямее, — хмыкнул я, и она смущённо отвела взгляд, но улыбка стала только шире.

Дорин, будто в подтверждение моих слов, снова набрал полную грудь воздуха и выдал новую руладу. Я невольно поморщился и рассмеялся одновременно. С такой глоткой парню и труба герольда не понадобится — сам себя объявит на любой площади.

Я прижал к груди тёплый, пахнущий парным молоком и травами свёрток и прислушался к суете за дверью. По коридору протопали маленькие ножки — это Пётр и Розалина, мои неугомонные малыши-куниды, примчались взглянуть на нового брата и теперь толкались на пороге, вытягивая шеи. Дом гудел, наполнялся голосами, топотом, детским смехом. С каждым новым криком, с каждым топотом по коридорам эти каменные стены всё меньше походили на военный штаб и всё больше — на настоящий, живой дом.

И именно это наполняло меня той тяжёлой, основательной уверенностью, ради которой стоило вставать по утрам. Моя семья росла. Глядя на красное от натуги личико сына, я отчётливо понимал одну простую вещь: эти дети — мой якорь. Та самая невидимая, но прочнейшая цепь, что не даст мне окончательно слететь с катушек и потерять себя в грядущей бойне. Я воевал не ради золота и не ради власти. Я воевал ради того, чтобы вот эти вот крикливые, рыжие, зубастые комочки могли спать спокойно, не зная, что такое клинок у горла. И ради этого я был готов зайти как угодно далеко.

* * *

Примерно через месяц после того, как я перешагнул планку шестидесятого уровня, мы собрались в штабе на военный совет.

Поздний вечер. За окнами Вольного давно стемнело. Кабинет освещали магические светильники и пара оплывших свечей; пахло воском, чернилами и остывшим вином. На широком столе, придавленная кинжалами по углам, лежала карта, а на ней — десять отметок. Десять тайных складов «Шалин Гранд». Вокруг стола, серые от усталости, собрались те, кому я доверял безоговорочно: Марона, Ирен, Сариса, Лиан, Юлиан и маг Аркон.

— До удара меньше восьми недель, — начал я, обводя взглядом карту. — Бьём по всем схронам разом, в одно утро. Синхронно. Если растянем во времени, они успеют перебросить активы, и мы возьмём пустые сундуки. Мне нужны точки входа и выхода по каждому складу, порядок эвакуации на случай, если что-то пойдёт не так, и резерв, который вытащит любую группу из огня. Кору держим на порталах — она наш главный козырь по скорости отхода.

— Проблема в том, что часть этих десяти — пустышки, — негромко сказала Сариса.

Все повернулись к ней. Моя маленькая гномка склонилась над картой, и в её тёмно-синих глазах не было и следа той застенчивой горничной, к которой все привыкли. Сейчас на схроны смотрел бывший Диверсант — холодно, цепко, по-охотничьи.