Книга Искатель 23, страница 60 – Сергей Шиленко

Иногда ураган наконец останавливался, чтобы перевести дух и проглотить пару кусков свежего пирога, облепляя меня со всех сторон. Тёплые, пахнущие молоком, выпечкой и солнцем дети забирались ко мне на колени, прижимались к груди и требовали сказок. Я читал им одну историю за другой, чувствуя, как маленькие ручки доверчиво цепляются за ткань моей рубашки.

Я изо всех сил старался никого не обделить вниманием, особенно это касалось самых маленьких, ползунков и тех, кто только-только научился ходить. В обычной суматохе, когда старшие и более шумные отпрыски требовали к себе всего внимания, эти крохи часто оставались в стороне, но сегодня уделил внимание и приласкал каждого.

После нескольких часов возни с детьми я почувствовал, как атмосфера вокруг меняется. Жёны и спутницы одна за другой начали бросать на меня многозначительные томные взгляды, а затем и вовсе перешли к активным действиям, утягивая в свободные гостевые спальни. Каждая жаждала остаться со мной наедине.

Я сидел на скамейке, подставив лицо тёплым лучам солнца, и наблюдал за тем, как Рози пьёт чай с Розалиной и ещё несколькими нашими дочерьми. В воздухе витал лёгкий аромат заваренных трав и сладкой выпечки, смешиваясь с запахом сухой травы, принесённым ветром с равнин. Когда к их столику подошла Клевер, чтобы сменить её и присмотреть за детьми, Рози воровато огляделась. Её взгляд скользнул по двору, наткнулся на меня, отдыхающего на скамейке, и тут же метнулся в сторону.

Затем она с преувеличенной, почти комичной небрежностью поднялась из-за стола и медленно побрела в мою сторону, изо всех сил делая вид, что просто любуется солнцем, заливающим золотом просторы за стенами Вольного. Этот напряжённый взгляд на горизонт выглядел бы даже убедительно, если бы не густой очаровательный румянец, заливший её щёки и поднявшийся до самых кончиков длинных бархатистых ушей.

Стараясь не рассмеяться в голос, я сделал вид, что абсолютно ничего не замечаю. Откинувшись на спинку скамейки, положил руки на подлокотники и продолжил лениво наблюдать за вознёй малышни на лужайке.

Роза продолжала свой «незаметный» дрейф, пока наконец не оказалась совсем рядом и не опустилась на самый край моей скамейки. Дерево чуть скрипнуло под её весом. Затем она осторожно придвинулась на пару сантиметров, потом ещё на пару. Она подвигалась так до тех пор, пока несколько прядей её роскошных тёмно-рыжих волос, подхваченных порывом ветра, не мазнули меня по щеке, оставив после себя тонкий, дразнящий аромат луговых цветов и свежести.

Смущённо прикусив нижнюю губу, она робко положила свою изящную ладонь на деревянную рейку между нами.

Я немедленно накрыл её руку своей. Роза тихо, судорожно выдохнула, вздрогнув от предвкушения, когда я мягко переплёл наши пальцы.

— У тебя найдётся для меня несколько минут, Роза? — спросил я негромко, чуть склонившись к её ушку. — Я бы хотел провести с тобой немного времени.

Она заёрзала на месте, дерево снова скрипнуло. Её бедра сжались, выдавая нетерпение, боровшееся со смущением.

— Х-хорошо, — выдавила она.

Роза помедлила, судорожно сглотнув, словно собираясь с духом перед прыжком в пропасть, а затем вдруг выпалила на одном дыхании:

— На самом деле… я хотела кое-о-чём тебя попросить… мой любимый.