Книга Пристойное поведение, страница 23 – Кэти Андрес

Ларс, однако, масштаба трагедии не оценил.

Он лишь недовольно нахмурился, не выпуская моего запястья, и смерил Марка пренебрежительным взглядом сверху вниз.

— Тебе чего, папаша? — нагло бросил голландец.

Мое сердце остановилось.

Папаша.

Один этот самодовольный студенческий выпад был сродни тому, чтобы бросить горящую спичку в цистерну с бензином.

— Марк… — я судорожно дернулась, пытаясь вырвать руку и вклиниться между ними. — Марк, всё нормально, пожалуйста! Это просто мой сокурсник, он уже уходит…

Но мои слова утонули в звенящей тишине.

Уголок губ Марка медленно пополз вверх. Эта усмешка была страшной. В ней не было ни капли юмора — только предвкушение расправы.

Он сделал шаг вперед. Плавный, обманчиво спокойный шаг крупного хищника.

Я даже моргнуть не успела, как всё произошло.

Марк выбросил руку вперед. Его пальцы стальными тисками сомкнулись на запястье Ларса — том самом, которым голландец держал меня. Одно неуловимое, жесткое движение, хруст сминаемых суставов, и Ларс сдавленно вскрикнул, отпуская меня и сгибаясь пополам от внезапной, парализующей боли.

Марк рванул меня на себя, задвигая себе за спину, как за бетонную стену.

А затем он схватил Ларса за грудки его дорогой куртки, с нечеловеческой силой впечатав высокого голландца в кирпичную стену университетского корпуса. Удар был такой силы, что у парня клацнули зубы.

— Марк, нет! — в ужасе крикнула я, хватая Соболева за рукав пальто.

Но он меня даже не почувствовал. Он навис над побледневшим Ларсом, вдавливая его в стену своим весом.

— Послушай меня внимательно, щенок. Если я еще раз увижу, что ты находишься от нее ближе, чем на пять метров… Если ты еще раз посмеешь посмотреть в ее сторону, а тем более — тронуть ее своими руками… Ты будешь чертить свои курсовые культями. Я тебе пальцы по одному переломаю. Ты меня понял?

Ларс, растерявший всю свою спесь, судорожно сглотнул. В его глазах плескался животный страх. Он наконец-то осознал, что перед ним не просто взрослый мужик, а человек, который прямо сейчас готов его убить, и ему за это ничего не будет.

— П-понял, — прохрипел студент.

Марк с отвращением разжал пальцы, словно испачкался, и оттолкнул его от себя. Ларс пошатнулся, бросил на меня безумный, загнанный взгляд и… бросился прочь, почти срываясь на бег, скользя по мокрой брусчатке и не разбирая дороги под ледяным дождем.

Я осталась стоять, тяжело дыша, чувствуя, как пульс отдается в ушах оглушительным набатом.

Марк медленно повернулся ко мне.

Он не выглядел виноватым.

Он выглядел как хищник, который только что отогнал шакала от своей территории и теперь оценивал, не пострадало ли его имущество.

— Ты совсем с ума сошел⁈ — выкрикнула я, наконец обретя голос. Шагнула к нему и с силой ударила кулаком в его твердую грудь. — Зачем ты это устроил⁈ Он просто местный идиот, я бы сама его отшила! Тебя за такое здесь в полицию сдать могут!

Марк даже не шелохнулся.

Он просто перехватил мои запястья, дернул на себя, впечатывая в свое тело.

— Он трогал то, что принадлежит мне, — прорычал он мне прямо в губы. — И пусть скажет спасибо, что ушел на своих ногах.

— Я не вещь, чтобы тебе принадлежать! — попыталась вырваться, но хватка была стальной. — И ты должен был быть в Москве!

— Не смог.

Вся его ярость внезапно треснула, осыпалась, обнажив дикую, изматывающую тоску.