Книга Пристойное поведение, страница 15 – Кэти Андрес

— Аня, — его низкий, знакомый баритон прозвучал устало. — Всё не так, как ты думаешь.

Я не выдержала. Искренне, коротко рассмеялась, выдвинула стул и без приглашения опустилась за их столик.

— Так-так. Интересно, — сцепила пальцы в замок. — Значит, то, что моя лучшая подруга, которая пела мне оды своей идеальной семейной жизни, изменяет своему глянцевому мужу с тобой — это я просто не так поняла? Оптическая иллюзия?

— Я не изменяю! — зашипела Рита, плюхаясь обратно на стул и нервно теребя бриллиант на пальце.

— Да ладно? А как это называется в ваших московских тусовках?

Рита поджала губы.

— Свободные отношения.

Мои брови поползли вверх.

— Свободные отношения?

— Да. Мы с Артуром заключили соглашение. Мы женимся, чтобы от него отстали родители с их бесконечным контролем, а я выхожу за него, чтобы отвести подозрения от Паши. Папи начал подозревать…

— То есть… ваш брак — это фикция?

— Да. Абсолютная фикция, Ань. Мы просто партнеры по бизнесу.

— О как, — я откинулась на спинку стула. — Астрономические идиоты. А Воронцову-то это зачем? Зачем ему фиктивная жена?

Рита криво, невесело усмехнулась.

— Потому что у него есть его «деревенщина». Не смотри на меня так, это он сам ее так называет. В общем… там девчонка молодая, из какой-то глубинки приехала. Артур по ней с ума сходит. Но его отец — сноб до мозга костей. Он пригрозил лишить Артура всего наследства и вышвырнуть из совета директоров, если тот останется с «нищенкой». Вот Артур и предложил мне сделку. Я для его отца — идеальная, статусная невестка. А он для моего… В общем мы прикрываем друг друга.

Я потерла виски, чувствуя, как у меня начинает пульсировать голова.

— Боже мой… Я что, попала в какой-то плохой турецкий сериал? Он не может быть с ней, ты не можешь быть с ним, — я ткнула пальцем в Пашу, — и весь мир против вас. Трагедия века.

Я тяжело вздохнула, глядя на двух взрослых людей, которые загнали себя в бетонную ловушку собственного вранья.

— Рит, Паш… Вы же оба знаете Марка. Вы понимаете, что он этого вам не простит, когда обо всем узнает? А он узнает. Соболев всегда всё узнает. Не проще ли было взять и всё рассказать как есть? Да, он бы поворчал, возможно, покрушил бы мебель. Но, по крайней мере, это было бы без вранья. Он терпеть не может лжи. Что же вы делаете со своими жизнями?

Рита вдруг выпрямилась. Вся ее вина и растерянность мгновенно испарились, уступив место той самой колючей, агрессивной защите, которую я слишком хорошо знала.

— И это говорит мне человек, который готов был потерять любимого, лишь бы не рассказать ему то, что случилось на самом деле четыре года назад⁈

Удар попал точно в цель.

Воздух выбило из легких. Мои челюсти сжались так сильно, что заныли зубы.

— У нас совсем разные ситуации, Рит. Я ему не врала. Я просто не рассказала, потому что меня не захотели выслушать. Он всё решил сам.

— Так же поступила и ты с ним — даже не попыталась выслушать.

Я резко отодвинула стул и встала.

— Разговор снова заходит в тупик.

— Да просто поговори с ним! — крикнула Рита мне вслед, когда я развернулась, собираясь уйти.

— Мне совершенно плевать, что у него там с твоей матерью. Я сказала это тогда и говорю еще раз тебе сейчас. Это его жизнь, он взрослый человек, и он сделал свой выбор. Он выбрал ее.