Книга Бывший. Разрешение на любовь, страница 9 – Валери Овчинникова

— В восемь, — повторяю я.

— Буду вовремя.

Он отпускает документы, но, когда я уже надеваю пальто, добавляет:

— И ещё одно, Вера.

Останавливаюсь у двери.

— На этот раз исчезнуть до проверки у тебя не получится.

Господин мэр

В семь утра я стою посреди «Фиалки» с чашкой остывшего кофе и смотрю на шесть отверстий в фасаде.

До вчерашнего дня они казались обычными отметками, оставленными рабочими для будущего монтажа. Сейчас каждое отверстие выглядит как отдельная статья расходов.

— Может, их можно заделать? — спрашивает Даша.

Она устроилась ко мне помощником кондитера две недели назад. Ей двадцать девять, у неё рыжие волосы, двое детей и способность сохранять здравомыслие даже в тот момент, когда пятиярусный свадебный торт начинает оседать за час до доставки.

— Можно, — отвечаю я. — Вопрос в том, чем, кто даст разрешение и сколько это будет стоить.

— Максим опять трубку не берёт?

— Телефон отключён.

— Сволочь.

— Очень точное техническое заключение.

Даша мрачно кивает и возвращается к барной стойке. На ней лежат образцы меню, карточки с составами десертов и коробка с лентами. Мы готовились к пробному открытию. Сегодня должны были испечь первую большую партию, проверить печи под полной нагрузкой, настроить витрины.

Вместо этого электрический щит опечатан.

«Фиалка» занимает первый этаж старого двухэтажного дома. Я влюбилась в помещение с первого просмотра. Высокие окна, лепнина на потолке, светлая плитка, деревянные двери, которые пришлось восстанавливать вручную. В зале стоят круглые столики с мраморными столешницами и мягкие пыльно-розовые кресла. За стеклянной перегородкой виден цех. На дальней стене висит латунная рама для будущего меню.

Я хотела, чтобы здесь было спокойно.

Чтобы женщины могли прийти после работы, заказать пирожное и хотя бы полчаса никуда не торопиться. Чтобы мужчины покупали коробки конфет, когда обычных цветов уже мало. Чтобы дети выбирали десерты носами, прижатыми к витрине.

На стене возле кассы висит маленькая керамическая фиалка. Единственная вещь из прежней жизни, которую я увезла из города.

Украшение на цепочке, подаренное Романом, я оставила в квартире. Вернулась за ним через пять лет, когда квартиру продали и новый владелец нашёл коробку с моими вещами. Цепочки там не было.

К восьми возле входа останавливаются три машины.

Из первой выходят двое мужчин в рабочих куртках. Из второй — Елена Борисовна и незнакомая женщина с планшетом. Чёрный седан подъезжает последним.

Роман выходит с заднего сиденья.

На нём тёмное пальто, серый костюм и кожаные перчатки. В двенадцать лет разлуки мой бывший мужчина научился входить в любое помещение так, чтобы остальные сразу вспоминали о его должности.

Он здоровается с комиссией, бросает взгляд на фасад и подходит ко мне.

— Доброе утро, Вера Сергеевна.

— Доброе утро, Роман Андреевич.

— Вывеска где?

— На складе подрядчика. Её должны были привезти после получения окончательного разрешения.

— Разумно.

Это первое одобрение, которое я слышу от него за двенадцать лет. Радоваться рано.

Я открываю дверь и пропускаю комиссию внутрь. Даша стоит за стойкой, прямая и собранная, в новом кремовом кителе с вышитой фиалкой на кармане.

Роман замечает логотип.

— Ваш?

— Рисовала мама, — отвечаю я.

Он задерживает взгляд на рисунке.