Книга Убийство в Кьянти, страница 48 – Камилла Тринкьери

— Господин заместитель прокурора, я полностью с вами согласен. – В последний раз Перилло был в церкви на собственной свадьбе двенадцать лет назад. – Будем надеяться, что новый Папа вернет молодежь в лоно церкви. Как только у меня появятся новости, я вам сообщу. Позвольте заметить, я не единственный, кто медлит. Мне еще не прислали отчет о вскрытии.

— Ах да. Протокол о вскрытии. Он у меня на столе.

— Мне должны были отправить копию.

— Уверен, что отправили. Хотя… нет, вот и копия. Очередная канцелярская ошибка. Сейчас посмотрим.

Перилло допил свой напиток, не заботясь о том, услышит ли это прокурор. «Черт, сколько этот отчет пролежал у Делла Ланге на столе?»

— А, Перилло! – самодовольно воскликнул Делла Ланге. – Это может изменить ход дела.

Перилло не поддался на провокацию.

— Маршал, ваше молчание заставляет меня задуматься, интересует ли вас это дело.

С этим мужчиной на другом конце провода его головная боль только усиливалась.

— Мой долг – быть заинтересованным. Не хотел вас перебивать.

— Я не знал, что вы способны на такую вдумчивость. Смерть этого человека, сколь ужасна она ни была бы, могла стать убийством из милосердия. Доктор Ротунно пишет, что мужчине оставалось жить самое большее шесть месяцев. Его тело было поражено метастазами рака. Вероятность убийства из милосердия согревает мне душу. Поиск преступника может оказаться не такой уж срочной задачей.

Перилло испытал искушение напомнить заместителю прокурора, что убийство из милосердия все еще считается убийством по законам Италии. Но сдержался.

— Трудно установить, было ли это убийством из милосердия.

— Я говорю об этом как о возможности, маршал, а не как о факте. Я велю секретарше отправить вам копию вскрытия. Срочно это или нет, держите меня в курсе. Туристический сезон в самом разгаре, завтра начинается «Кьянти Экспо». Мы хотим, чтобы любители вина были счастливы, а не напуганы.

«Держите меня в курсе. Ему оставалось шесть месяцев. Убийство из милосердия».

Мозг Перилло отказывался увязать все это в единое целое, по крайней мере, без еще одной порции эспрессо. Двойного. С граппой^[33].

В девять сорок пять утра наплыв местных за кофе и корнетти в баре «Аль Анголо» спал. Теперь настала очередь туристов. Нико пришел пораньше, и ему посчастливилось занять столик у открытых французских дверей. Он был рад посидеть – ноги болели после дополнительных пары-тройки километров пробежки, чтобы нейтрализовать вчерашний ужин и алкоголь. Его друг, цитирующий Данте, сильно опаздывал. Нико мечтал о корнетти, но не хотел обижать Гоголя тем, что не подождал. Он коротал время за чтением La Nazione, пропуская криминальную хронику. Не из-за того, что избегал статьи об убийстве, он был уверен, что не узнает из них ничего нового, чего бы ни рассказал вчера Перилло, он избегал мелких, жестоких преступлений, наполняющих этот раздел каждый день. Пожилую женщину ограбили двое мужчин, выдававших себя за карабинеров. Металлический ящик для пожертвований, с одеждой для бедных, был взломан и разграблен. Подростки избили спящего иммигранта, выжившего после переправы на лодке из Африки. Из-за Риты он всегда предъявлял к Италии более высокие требования, чем к Штатам. Она верила, что Италия – сказочная страна, и он верил вместе с ней. Даже сейчас. Именно поэтому он хотел помочь Перилло, несмотря на свои сомнения. Раскрыть убийство и снова очистить этот уголок мира.