Книга Дело о разбитом сердце, страница 34 – Наталия Журавликова

Криминалисты тщательно исследовали бутерброд и кофе. Пусто. Непонятный флакон вообще вначале сочли главной уликой. Настолько определяющей ход расследования, что в честь него назвали само дело. Увы, вскоре выяснилось, что остатки вещества внутри склянки не похожи ни на что, и, как ни печально, в организме жертвы их следов тоже нет. После этого дознаватели кинулись в другую крайность, предложив исключить из материалов следствия ненужную стекляшку, поскольку к делу она отношения не имеет.

Но въедливая Бренда Холмс запросила повторное исследование. И, в дело она этого не внесла, но я знаю, что на разбитом сердце нашли отпечатки пальцев Колера. Сам же Матиас примерно в то же время собирался откушать мороженое, совсем рядышком от места преступления.

Вопросов в итоге немало: какой яд использовали, как он попал в организм бедолаги, что было в флаконе и почему там отпечатки пальцев Колера. Сам подозреваемый отрицает факт, что когда-либо сталкивался с этой посудиной. И, на мой взгляд, сейчас он роет себе этим яму. Ведь отпечатки пальцев — свидетельство красноречивое!

Мои выходные продвигались в режиме приготовила-поела-работаю. Очнулась я в субботу уже к ночи ближе, на улице было темно, а Филби скулил под табуреткой. Не сразу я поняла, чего хочет это пушистое существо. Но когда меня осенила догадка, почувствовала вину перед ним. Я же с утра не выгуливала песеля!

Голова моя мало что соображала, проветриться и мне надо. Натянула плащик прямо на домашний костюм, больше похожий на пижаму. Свистнула Филби, который, кажется, с облегчением вздохнул, и мы отправились «в наружу».

Это ж сколько времени уже? Темень такая, что вкрапления фонарей не очень справляются с ее рассеиванием.

Глянув в небо, я поняла, что плащик надела не зря. Тучи сгущались чуть ли не сразу над верхушками деревьев. А Филби бодренько привел меня к озеру. Прекрасное место для начала грозы, ничего не скажешь!

— Заканчивай со своими делишками быстрее, побежим домой! Надо успеть до дождя. — сказала я в темноту.

Ответом мне было мерцание водной глади.

— Филби! Филби! — позвала я. Не услышав ответа, посвистела. Но мохнатый малыш куда-то и сам усвистал, даже шорохов не издавал.

Меня накрыла паника. В голове зароились картинки одна другой ужаснее. Сейчас как начнется ливень или даже град, и моя мини-собачка потеряется.

Я хаотично носилась между кустов и деревьев, цепляясь за ветки плащом, удаляясь от воды. Мне казалось, Филби встретил среди растительности какого-то грызуна и отправился охотиться на него.

В очередной раз чуть не врезавшись в дерево и зацепившись за неприятную по ощущениям колючку, я взвыла. Вырывая плащ из цепких лап природы, почувствовала, что карман оттягивает что-то тяжелое, сунула руку и нащупала фонарик. Надо же! Совсем не помню, как он там оказался.

Да и рассуждать здраво в тот момент уже было невозможно. И нездраво тоже, вообще рассуждать не получалось.

Вокруг темень, где-то вдали сверкнула молния, ветер поднялся. Ужас же!

Палец нащупал кнопку включения. Я направила фонарик вперед, нажимая на «пуск». И разверзлась мгла, и в ушах грохот раздался.

Непреодолимая сила приподняла меня с земли, унося назад. Я слышала, как с треском ломается дерево впереди, сыпятся ветви с него. И меня не задевают только лишь потому, что я лечу.