Книга Дело о разбитом сердце, страница 21 – Наталия Журавликова

— Да откуда еще у него могла появиться эта гадость! — всплеснула руками Аника. — Видно же — подарок. Бессмысленный, но скорее всего, с намеком! И раз она тут указала, что поездка могла стать чем-то большим, значит приставала к нему, а Гриня остался равнодушен.

— Спасибо, донна Шеллест, — сказала я с достоинством, — вашу информацию проверят. Мы установим, где именно пересеклись пути господина Хомера и госпожи Новес.

Выполнив свою миссию, сестра Хомера засобиралась по делам. Я задала ей еще несколько вопросов, чтобы лучше для себя прояснить личность жертвы, но ничего интересного не узнала, кроме того, что Григор за пять лет сменил шесть мест работы, о чем мне и так должно быть известно. После этого отпустила свидетельницу, вызвала Лафера.

— Я могу увидеть записку, найденную в кармане жертвы? — спросила я у «Ватсона». — Кажется, у нас есть новая улика.

— Конечно, сейчас принесу! — заторопился попугайчик. — Сюда же, или в ваш кабинет?

Поразмыслив, я поняла, что лучше переместиться на непосредственное рабочее место.

— И кофе мне туда доставьте, — велела я.

— Разумеется! — закивал Лафер. — Вам с безе, как обычно?

Я кивнула. Брендой Холмс мне нравилось быть всё больше.

— Натурально тебе говорю, ее даже песик боится. Шарахается, когда она домой приходит. И скулит. Так что совсем Холмс остервенела.

— Мужика бы ей хорошего!

— Да хоть какого бы уже! Хороший с ней разве справится!

Начало этого интересного разговора я услышала, когда шла по коридору в свой кабинет. Собиралась за угол свернуть, а там меня обсуждают. Пришлось притормозить и послушать.

А Лафер-то у нас язычок за зубами не держит. Уже ляпнул кому-то, что Филби мне не обрадовался вечером. Надо же, а таким преданным выглядел. Таким компетентным. Всё, больше он мне не Ватсон!

Обидевшись на ассистента, я вышла из-за угла, вспугнув двоих молодчиков в полицейской форме.

— Видимо, в Зидаире остались только законопослушные граждане? — спросила я ледяным тоном. — Раз слуги порядка обсуждают личную жизнь коллег, а не способы ловли преступников.

Мальчики даже отвечать мне не стали, а разбежались в разные стороны. Чего они так боятся? Может, я все-таки огненными шарами плеваться умею? Надо проверить на досуге.

В свой кабинет я зашла обозленная, швырнула книжку на стол и свирепо уставилась на дверь, ожидая Лафера. Чтобы снять с него скальп и вытереть им пыль со шкафа!

Поймав себя на этом желании, я поразилась. Нет, вовсе не тому, что собралась с кого-то снять скальп, не имея нужных навыков, а самомй этой мысли.

Раньше у меня даже на самых противных клиентов подобной реакции не было. И когда коллеги из-под носа путевки уводили или билеты в театр, которыми нас иногда начальство поощряло. Такие отголоски профсоюзной жизни. Я шмыгала носом в туалете, и думала, что им и правда нужнее. Мой последний молодой человек бросил меня со словами: «Галя, ты размазня. Тебя даже абьюзить неинтересно».

Сейчас бы показала я тебе, Толик, как надо абьюзить правильно!

Дверь открылась, зашел Лафер с подносиком. А на нем — и кофейничек целый с хрупкой фарфоровой чашечкой, и блюдечко с воздушной белой горкой безешек, и тарелочка с печеньем. А под мышкой папка зажата, с уликами, вестимо.

Уперевшись в мой людоедский взгляд, попугайчик застыл на половине пути к столу.