Книга Егерь. Прилив, страница 57 – Николай Скиба

Цепь тянулась от его запястий к кулаку великана. Друид Тени не поднимал головы и не сопротивлялся. Переставлял ноги, глядя в камень под ногами — каждый шаг давался ему с трудом. Без сил Сайрака в теле почти не осталось энергии.

На них оглядывались. Островитяне привыкли ко многому, но пленник на цепи, которого тащит великан с топором — это и для Семи Хвостов было в новинку. Один старик у прилавка с чешуёй сплюнул им вслед и что-то пробормотал.

— Весёлый тут народ, — заметил Стёпа, останавливаясь у прилавка с вяленым мясом. — Две порции, пожалуйста. И сыр, если есть. Есть? Отлично. Григор, ты будешь?

Великан не ответил. Смотрел на прилавок с выражением человека, который думает о чём-то далёком и тяжёлом.

Стёпа заплатил, сунул мясо и сыр в мешок и двинулся дальше. У прилавка с наконечниками остановился — покрутил в руках рог грифонокраба, оценил баланс, вбросил монету и забрал.

— Слушай, Григор, — сказал он, не оборачиваясь. — Ты теперь правда за Жнецов говоришь?

— Роман был лидером двадцать лет, — наконец сказал Григор каменным голосом. — Подобрал меня, когда я был никем.

Стёпа повернулся. Великан говорил, глядя на Морана.

— Роман научил меня, что сила без головы — это просто мясо для чужих мечей. Двадцать лет учил. Крикнул за всё время два раза — и оба раза я заслужил. Остальное — тихим таким голосом, от которого хотелось провалиться сквозь землю.

Григор дёрнул цепь. Моран пошатнулся, но не поднял головы.

— Когда он пошёл освобождать Альфу Огня — он знал, что не вернётся. Сказал мне: «Григор, если не вернусь — деревня на тебе.» Я ответил: «Вернёшься.» А он посмотрел на меня и ничего не сказал.

Стёпа молчал. Вокруг шумел рынок — торговцы кричали, звери рычали в клетках, грузчики ругались, но вокруг Григора тишина стояла такая, что казалось, камни слушают.

— Он пожертвовал собой не ради Альфы, — продолжил Григор. — Ради будущего, понимаешь, Стёп? Прилив приходит — а защитить некому. Роман это знал. И пошёл, чтобы у всех был шанс.

Отшельник повернулся к парню.

— Теперь кто-то должен довести его дело до конца.

— Макс? — нахмурился Стёпа. — Классно твой Роман всё решил.

— Я не хотел этого…

— А точно не хотел? — спросил Стёпа.

Григор посмотрел на него так, будто парень спросил что-то на другом языке.

— Точно? — повторил он. Слово прозвучало чужим в его рту. — Не в этом дело, парень. Дело — в «надо». Роман не хотел умирать. Он хотел вернуться в деревню, сесть у очага и напиться вишнёвой настойки.

Моран на цепи впервые за всё утро поднял голову. Григор это заметил — огромная рука сжала цепь крепче.

— А ты смотри в землю, чёртов ты идиот, Моран, — сказал великан тихо, без злости. — Ты своё «надо» уже сделал. За тварь, которая тебя выбросила, когда ты стал не нужен.

Моран опустил голову обратно.

Стёпа хлопнул Григора по плечу — потянулся, еле достал, и ладонь шлёпнула по каменному предплечью великана с таким звуком, будто ударили по стене.

— Нормально, здоровяк. Мы поможем.

Григор посмотрел на него сверху вниз. Стёпа был полторы головы ниже — худой, с копьём, которое было длиннее его самого. Смешной парень.

И отшельник неожиданно усмехнулся.

— Роману бы ты понравился, — сказал он. — Он любил мелких с большой пастью.

Стёпа громко, от души расхохотался. Даже Моран на цепи дёрнул уголком рта — хотя, может, показалось.