Книга Егерь. Охота, страница 118 – Николай Скиба

Убит Ледяной Медведь. Эволюционный индекс — D.

Доступно поглощение Тёмной Эссенции.

Внимание! Поглощение разбудит в вас «Зверя».

Поглотить?

ДА/НЕТ

Я лежал, глядя в потолок, и не мог пошевелиться. Кровь текла изо рта, сознание плыло, тело горело от разрывов изнутри.

Радонеж поднялся, отряхнул колени.

— Знаешь что, парень, я передумал. — В его голосе не осталось и следа веселья. — Такие идиоты меня не интересуют.

Он поднял руку. Воздух вокруг ладони начал сгущаться.

— Так уж и быть, убью тебя первым.

Надпись всё висела перед глазами.

Поглотить?

ДА/НЕТ

Я посмотрел на Афину.

Моя девочка умирает.

А этот психопат стоит надо мной и готовится добить нас всех.

И какой, по-вашему, должен быть ответ?

Я выдохнул.

ДА.

Что-то щёлкнуло в глубине сознания, словно спусковой крючок невидимого оружия.

Тьма ударила изнутри.

Океан первобытной ярости, накопленной от всех убитых мной сильных зверей. Волки, медведи, магические твари — все они оставили след в «Осколке порченого сердца». И теперь этот след взорвался.

Боль была невыносимой. Словно кто-то запустил мне под кожу свою руку и начал копошиться изнутри.

Кости начали ломаться и перестраиваться. Рёбра трещали со звуком ломающихся веток, удлинялись, грудная клетка расширялась, будто меня распирало.

— АААААААААААААААААААААА!

Позвоночник выгнулся дугой так сильно, что я оторвался от земли, суставы хрустели, меняя форму. Каждый позвонок смещался, находил новое место, и боль от этого была такой, что хотелось выть.

— Радонеж! — воскликнул Крагнор и в ужасе отпрянул. — Он «Зверомор»!

Кожа на руках лопнула с тошнотворным звуком разрывающейся ткани. Из разрывов хлынула горячая и вязкая чёрная субстанция. Она обожгла открытые раны, но боль была почти приятной на фоне того, что творилось с костями. Субстанция тут же затвердевала, превращаясь в нечто похожее на мех, но более плотное и металлическое. Каждая ворсинка была как проволока, каждый волосок — как иголка.

Радонеж отшатнулся, и в его глазах я увидел…

Страх.

— Этого просто не может быть… Крагнор!

Мои пальцы удлинялись с влажными щелчками. Суставы смещались, кости растягивались, мышцы перестраивались. Ногти стали звериными когтями. Длинными, изогнутыми, острыми как лезвия. Я попробовал сжать кулак и услышал, как эти когти рассекают воздух.

В горле что-то перестроилось. Гортань расширилась, голосовые связки стали толще. Дыхание стало глубоким и мощным. Каждый вдох приносил в лёгкие больше воздуха, чем прежде. Я чувствовал запахи так остро, что различал пот страха на коже Радонежа, железный привкус крови Афины, старческий запах Ланы.

Мышцы набухали под кожей, словно их накачивали насосом. Плечи расширились, руки стали толще, предплечья превратились в булавы. Силы перетекали в моё тело, меняли его, превращало во что-то другое.

Первым ударило в голову способностью ветряного волка — время растянулось, как расплавленный мёд. Радонеж поднимал руку, воздух сгущался вокруг его ладони, но всё происходило так медленно, словно он двигался под водой. У меня была вечность, чтобы отреагировать. Ветряной волк подарил мне скорость.

Следом пришёл жар — кровь вскипела в венах. Холод пещеры исчез, лёд на стенах начал подтаивать от одного моего присутствия. Огненный волк Карца разжёг во мне печь.