Книга Егерь. Сердце стаи, страница 59 – Николай Скиба

— Карц! Назад! — резко рыкнул я, но было уже слишком поздно.

Медведь обрушился на него всей своей двухметровой массой, двигаясь с неожиданной для такой туши скоростью. Земля содрогалась под его лапами, каждый удар которых отдавался глухим гулом в моих костях.

Истощённый атакой Карц отчаянно метнулся в сторону, и его огненная аура полыхнула от всплеска адреналина. Афина, уже летевшая на перехват, была вынуждена резко сменить траекторию, чтобы не столкнуться с лисом.

Этого мгновения замешательства медведю хватило. С животной хитростью он проигнорировал двух мощных хищников, на долю секунды потерявших слаженность, и вычислил главную цель. Его взгляд впился в меня.

Зверь понял, кто здесь дирижёр.

Умный, зараза.

Развернувшись на месте, он с рёвом устремился прямо ко мне.

Громадина неслась в мою сторону, её пасть была раскрыта в оглушительном рёве, от которого, казалось, вибрировал сам воздух.

Но теперь передо мной находился равный противник.

Я уже призвал к силе Режиссёра. Воздух вокруг ножа закричал, завихрился и сгустился, превращая короткое лезвие в полутораметровый меч из сжатого, режущего ветра.

Активировал «Лёгкий шаг» и не отступил, а скользнул влево. Смертоносные когти медведя просвистели в сантиметре от лица, обдав меня запахом сырой земли и падали.

Это было близко!

Воздушное лезвие прошло по боку медведя, оставляя глубокую, дымящуюся рану. Зверь взревел от боли и ярости, но я уже отпрыгнул назад.

Собрав силу в ладони, ударил средним вихрем.

Торнадо сжатого воздуха, с рёвом вырывая из земли комья дёрна и мелкие камни, обрушился на медведя, сбивая его с ног и отбрасывая в сторону.

Вот теперь у стаи появился шанс перегруппироваться.

Афина, рыча от досады и боевого азарта, бросилась в атаку. Её когти с отвратительным хрустом впились в плечо противника. Яд начал действовать, замедляя реакции медведя.

Красавчик адаптировался на лету. Он скользнул под брюхо зверя и вонзил зубы в сухожилие задней лапы.

Медведь заревел и попытался схватить кошку, но Карц, усвоив жестокий урок, действовал уже иначе. Он выпустил короткий, точечный поток пламени, целясь в глаза зверя, и заставил его отдернуть конечность.

Он не мешал, а поддерживал атаку Афины, создавая ей тактическое преимущество.

Я снова ринулся в бой. Воздушный клинок свистел в воздухе, нанося удар за ударом и не давая медведю сосредоточиться. Моя задача была не убить, а контролировать поле боя, дирижировать этим оркестром клыков и когтей, давая стае возможность работать.

Создал новый вихрь, который подхватил массивную тушу, на мгновение оторвал её от земли и подставил незащищённое брюхо.

Это был знак для Афины.

Огромная кошка получила свой шанс. Собрав всю силу в усиленных задних лапах, она прыгнула. Это был идеальный, смертоносный прыжок. В высшей точке полёта она сомкнула челюсти на горле падающего противника.

Медведь рухнул через несколько секунд, захлебываясь собственной кровью.

В тот же миг меня накрыло ответной волной. Резкая боль пронзила голову — словно в висок вогнали раскалённый гвоздь. Мир качнулся, поплыл, а в горле появился отчётливый привкус крови от лопнувших в носу капилляров.

Чёрт! Вихрь Режиссёра высасывал энергию с чудовищной скоростью. Ноги подогнулись, и я удержался, лишь припав на колено и уперев руку в землю.