Книга Егерь. Вызов, страница 98 – Николай Скиба

— Теперь ты понимаешь, — тихо сказал Всеволод, — почему каждый талантливый Зверолов на вес золота? Почему бароны и короли готовы платить любые деньги за услуги тех, кто может войти туда и вернуться живым?

Я ошарашенно кивнул. Внезапно моя победа над Ефимом, мои планы зверофермы, даже поимка Королевских рысей — всё это показалось мне первыми неуверенными шагами младенца в огромном, полном опасностей мире.

Меня мучил один вопрос:

— А города ли?

Роман, стоявший рядом со своим арбалетом, удивлённо повернулся ко мне:

— Что?

— Вы говорите, что звери нападают на города, — пояснил я, не отрывая взгляда от бескрайнего леса. — А может не на города?

Всеволод заинтересованно приподнял бровь, а Никита усмехнулся:

— Да ты о чём? Города не города.

Я пояснил:

— А может ли зверей привлекать не скопление людей, а средоточие силы, — медленно проговорил, собирая мысли. — В столицах живут десятки, а то и сотни Мастеров, Звероловы, их питомцы. Это же… как огромный маяк магии, видимый из глубин Раскола. А в обычных деревнях — максимум один-два Зверолова, да и то не самых сильных.

Роман нахмурился:

— Интересная мысль, но…

— Но об этом думали уже сотни раз, — усмехнулся Никита, поправляя свой двуручный меч. — Доказательств нет. К тому же некоторые деревни всё же подвергаются нападениям, так что мимо.

Чёрт. А хорошая догадка была.

Барут, который до этого молча слушал, вдруг подал голос:

— А может, всё дело в том, что никто по-настоящему не изучает глубинный лес? Мы знаем, что там творится, только по тем тварям, которые оттуда выползают. Всё равно что думать о жизни муравейника по тем муравьям, которые выбегают наружу.

Ого. Вот так сравнил. Похоже Баруту и вправду путь в торговцы, язык как надо подвешен.

Всеволод задумчиво потёр подбородок:

— Есть в этом здравый смысл. Хотя изучать там особо некому — те, кто заходит достаточно глубоко, либо гибнут, либо не возвращаются. Не зря же короли забеспокоились о Звероловах и пускают только самых сильных. За последние десятилетия сила магических питомцев у людей заметно ослабла. Тем ценнее редкие виды…

— Вот именно поэтому мы и не знаем, что их толкает к нападениям, — настаивал я. — Может быть, это не просто слепая агрессия. Может быть, у них есть какая-то цель.

Роман покачал головой:

— Цель у зверей? Ты слишком много им приписываешь, парень.

— Почему? — возразил я. — Звери вполне способны на сложные планы и стратегии.

Никита фыркнул:

— Ересь.

Я промолчал. Что ему доказывать, если мужик уже уверен в своей правоте?

— А в других королевствах как дела с этим? — поинтересовался Стёпка.

Тимофей оживился — видимо, торговцу было что рассказать:

— По-разному. В Северном королевстве Альмета, например, вообще беда. Там Великий Раскол — самый крупный на континенте. Говорят, оттуда выползают такие твари, что целые города эвакуировать приходится.

— А на востоке, — добавил Всеволод, — в Золотом королевстве, наоборот, люди лезут туда и лезут. У них там целые гильдии добытчиков, которые регулярно заходят в зону максимальной опасности за редкими материалами.

Стёпа присвистнул:

— И что, живы остаются?

— Не все, — мрачно усмехнулся Всеволод. — Но платят им баснословные деньги. Говорят, один поход в глубину может обеспечить человека на всю жизнь.

— Если выживет, — пробормотал Барут.