Книга Егерь. Вызов, страница 113 – Николай Скиба

— Аккуратнее, — посоветовал Никита, наблюдая за моими действиями. — Если проткнёшь оболочку, вся магия вытечет.

Через несколько минут я держал в руках серый глаз Дробителя. Он был достаточно тяжёлым. Поверхность напоминала полированный камень, но была тёплой на ощупь.

— Поздравляю, — сухо сказал Всеволод.

Я промолчал, завернул глаз в кусок ткани, спрятал в дорожную сумку и залез на кобылу.

Наконец, отряд двинулся в путь.

Лошади шли осторожно, обходя острые обломки камня, которые твари разбросали во время боя. Никто особо не разговаривал — каждый переваривал увиденное по-своему.

После схватки с Дробителями мы ещё несколько часов двигались по горной дороге.

Барут и Стёпа то и дело оглядывались назад, словно ожидая новой атаки. Тимофей держался в седле уверенно, но я заметил, как напряжённо он вглядывался в каждую тень между скал. Мастера, напротив, выглядели спокойными — для них это действительно была рядовая стычка.

Солнце клонилось к закату, окрашивая горные пики в багровые тона, когда дорога начала спускаться в небольшую долину. Всеволод изучал местность впереди, явно высматривая подходящее место для ночлега.

С наступлением сумерек Всеволод поднял руку, остановив отряд.

— Здесь и заночуем, — объявил он, указывая на небольшую поляну у подножия скального выступа.

Место было выбрано явно не случайно. Скала защищала с одной стороны, а с других открывался хороший обзор окрестностей. Ни кустов, ни высокой травы поблизости — негде спрятаться потенциальному противнику.

Я наблюдал, как Мастера с отработанной чёткостью принялись обустраивать лагерь. Никита собрал хворост, но костёр развёл особый — едва заметные языки пламени давали тепло и свет, но почти не дымили.

Всеволод достал из сумки небольшие металлические шипы и воткнул их в землю по периметру поляны. Шипы были почти незаметны в траве, но располагались с такой точностью, что любой, кто попытается подкрасться к лагерю, обязательно на них наступит.

— Система раннего предупреждения, — пояснил он, заметив мой заинтересованный взгляд. — Если что-то крупнее кошки попытается приблизиться ночью, мы узнаем.

Барут и Стёпа стояли в стороне, явно не зная, чем помочь. Их неопытность была видна невооружённым глазом — они привыкли к ночлегам в деревне, а не в дикой местности.

— Первый караул я возьму, — сказал Никита, проверяя лезвие меча. — Во второй половине ночи сменишь меня, Рома.

— А я?

— Ты отдыхай, Макс, — ответил Всеволод. — Завтра нас ждёт долгий день.

Но что-то беспокоило меня в их расположении. Я медленно обошёл лагерь, включив все инстинкты. Мастера расставили охрану грамотно, костёр развели правильно, периметр защитили… И всё же что-то было не так.

Я остановился у северного края поляны и долго вглядывался в сумерки, анализируя каждую деталь. Направление ветра, рельеф местности, расположение теней…

И тут меня осенило.

— Всеволод, — позвал я старшего Мастера. — Видишь тот склон? — Я указал на пологий спуск в пятидесяти метрах от нас. — Там проходит звериная тропа.

Он нахмурился, всматриваясь в указанном направлении:

— Где? Я ничего не вижу.

— Трава примята в определённых местах, — пояснил я, мысленно проводя невидимую линию. — Видишь, как она ложится не по ветру, а под другим углом? И ещё — там, где камни, на некоторых следы когтей. Тропа ведёт прямо к воде, а наш лагерь стоит точно на пути.