Книга Егерь. Опасная Зона, страница 92 – Николай Скиба

Но что, если дело не в усталости?

Я закрыл глаза, заставляя себя вспомнить каждую секунду той бешеной погони по скалам и ущельям. Восстанавливал в памяти каждый поворот, каждый прыжок, каждый миг, когда что-то показалось странным.

Вот рысь исчезает за валуном справа — я отчётливо видел, как её хвост мелькнул между камней. А потом её силуэт появляется слева от большой сосны…

Я ведь даже корректировал движения Афины, направляя её. Расстояние между этими точками… Даже с магической скоростью рыси она не могла преодолеть его за такое время. Физически невозможно.

А вот ещё момент — когда мы почти загнали её в тупик между скал. Я видел, как она рванула влево, к узкой расщелине. Видел своими глазами!

Но Красавчик уверенно погнался за следом, ведущим вправо, к зарослям колючего кустарника. Тогда я решил, что горностай ошибся, сбился, что его улучшенное чутьё дало сбой от усталости.

Но что, если нет? Что, если он был прав, а я… нет?

Память услужливо подсовывала новые детали: как рысь словно раздваивалась во время погони по карнизу над пропастью, как появлялась с противоположных сторон поляны, заставляя нас метаться из стороны в сторону. Как её серебристо-голубые всполохи мелькали то тут, то там, оставляя за собой едва заметное свечение в воздухе.

Слишком быстро она реагировала. Слишком точно предугадывала. Даже для магического зверя F-ранга шестнадцатого уровня это было… неестественно.

Воздух в пещере стал казаться спёртым, душным. Я провёл ладонями по лицу, чувствуя, как пот смешивается с копотью костра. Пламя начало затухать — поленья прогорели, языки огня становились всё меньше, отбрасывая более слабые и тревожные отблески на каменные стены. Тени плясали и колыхались, создавая иллюзию движения там, где его не было.

Треск тлеющих углей, мерное дыхание питомцев, далёкий шум ветра в расщелинах — все эти звуки складывались в убаюкивающую мелодию ночного леса. Но я не мог расслабиться. Разум лихорадочно перебирал детали, складывая их в мозаику, которая медленно обретала пугающие очертания.

Тот снисходительный взгляд, которым рысь одарила меня после провала первой засады в ущелье. В её серебристых глазах не было ни удивления, ни злости — только холодное превосходство хищника, который заранее знал исход игры. Поведение в том проклятом ущелье с медведем — слишком точное знание территории, слишком выверенный расчёт времени. Она привела меня туда не случайно, не импровизируя. Это был спланированный ход в партии, которую она разыгрывала с самого начала.

Где-то в глубине леса ухнула сова — далёкий, тоскливый звук, который эхом отозвался в каменных стенах пещеры. Листья шелестели на ветру, создавая едва слышимый шёпот, который в полудрёме мог показаться чьими-то голосами.

Да ладно? Нет, неужели?..

В голове словно тумблер переключился, и весь мир предстал в новом свете. Все кусочки головоломки вдруг встали на свои места с такой ясностью, что от осознания перехватило дыхание. Простая, элементарная истина, которая объясняла всё — каждую неудачную засаду, каждый промах, каждый момент, когда я чувствовал себя марионеткой в чужих руках.

Это ударило как обухом по голове.

Я выпрямился так резко, что Афина подняла голову и настороженно посмотрела на меня жёлтыми глазами. Красавчик тоже проснулся, его ушки встали торчком.