Книга Егерь. Опасная Зона, страница 43 – Николай Скиба

Тишина вернулась, но теперь она была напряжённей — словно лес притаился, выжидая. Моя нервная система, взбудораженная ложной тревогой, никак не могла успокоиться. Каждый звук теперь казался подозрительным.

Афина послушно вернулась к отдыху. Сидеть предстояло ещё долго, нужно дать девочке восстановиться.

Я добавил в угли ещё одну веточку и устроился поудобнее, спиной к стене.

Небо над головой, видневшееся через вход в пещеру, казалось ближе, чем обычно. Звёзды светили ярче, их свет был холодным, серебристым, почти осязаемым. Луна висела жирным жёлтым диском, освещая верхушки деревьев призрачным светом. И среди этого звёздного великолепия зияла тёмная трещина Раскола — рваная рана в самой ткани мира.

Я смотрел на неё и думал о том, какие силы могли нанести такой удар по реальности. Что за катаклизм разорвал небо, как старую тряпку? И что за существа приползли из этой раны в наш мир, принеся с собой магию и ужас?

В свете Раскола обычные звёзды казались тусклыми, а привычные созвездия — чужими. Этот разрез в небе менял всё вокруг, искажал саму природу реальности.

Медленно тянулись часы. Я слушал лес, анализировал каждый звук, вплетая их в общую картину ночной жизни.

Хруст ветки слева — тяжёлый, размеренный, с долгими паузами. Крупное травоядное, судя по походке. Что-то вроде оленя или лося. Медленно пасётся, не спешит, останавливается пощипать траву. Значит, хищников поблизости не чует. Хороший знак — если бы где-то рядом охотился настоящий хищник, все травоядные давно бы разбежались.

Писк где-то в кронах — ночная птица. Мелкая. Её крик короткий, резкий — сигнал тревоги для других птиц: «Хищник в воздухе!» Вероятно, охотится какая-то сова. Обычное дело для ночного леса.

Каждый звук рассказывал свою историю. Лес жил своей ночной жизнью, полной охоты, страха и выживания. Кто-то прятался, кто-то выслеживал, кто-то убегал. Извечный круговорот хищников и жертв, только здесь, в опасной зоне, ставки были выше.

А я сидел в своей каменной норе, чужак в этом мире, и пытался понять его правила. Завтра мне предстояло не просто снова выжить в этой стихии — но и найти ветряную рысь, поймать её и остаться в живых. Задача, которая казалась всё более безумной с каждым услышанным рыком из темноты.

Но другого пути у меня не было. Золотой я должен добыть любой ценой.

Часа через два я почувствовал, как веки становятся тяжёлыми. Усталость накапливалась — день выдался напряжённый.

Я сосредоточился на потоковом ядре в груди и мысленно позвал Афину.

— Девочка, пора меняться.

Тёплая волна откликнулась изнутри — она была готова. Через мгновение золотистые искры начали сгущаться в воздухе перед входом в пещеру. Афина материализовалась плавно, словно проявлялась на фотографии.

Она встряхнулась и посмотрела на меня внимательными жёлтыми глазами. Её царапины действительно затянулись! Пусть рана была поверхностная, но всё же!

— Твоя очередь охранять, — сказал тихо. — Я посплю.

Афина медленно моргнула и заняла позицию.

Теперь можно было подумать о сне. Но не расслабляться полностью.

Выбрал место с той же тщательностью, с какой в тайге выбирал позицию для засады. Спиной к дальней стене пещеры — чтобы никто не мог подкрасться сзади. Лицом ко входу — чтобы видеть опасность, как только проснусь. Справа от себя положил нож — рукоятью к правой руке, чтобы схватить не раздумывая.