Книга Егерь. Системный зверолов, страница 25 – Николай Скиба

Но Барут многое знал, уже прошёл обряд! Был в столице на обучении! Он точно мог рассказать о питомцах и не только. Да и чувствую эмоции Макса, в теле которого оказался. Не родные ощущения, но жалость вполне реальная.

И как-то это не билось с его «поступком».

Если Барут выживет, он может стать полезным. Очень полезным. В груди загорелся азарт — этот парень мог бы рассказать, как работает этот мир, как работает укрощение. Пусть у него татуировки зелёные, но ведь в столице он что-то узнал?

Но сейчас он лежал, хрипя, и каждая минута была на счету.

Ирма, стоя у стола, склонилась над Барутом, её цепкие пальцы быстро ощупали края ран. Она принюхалась, будто собака, и её лицо помрачнело. Бабка выпрямилась и посмотрела на алхимика, её голос был резким, как удар хлыста:

— Огнежар? Ты в своём уме, Ганус? У меня его всего два, за столько-то лет! Это не просто трава, её в лесу искать — только в опасной зоне, да у огненных разломов каких-то! И с чего мне на парня это тратить, что у меня, своей родни нет, если что случится?

— Родители этого парня заплатят, — прошипела Виола. — Упрямая старуха, нельзя чтобы этот парень умер в дуэли со мной! Что мне дедушке говорить?

— А это уже твоя проблема! Я что, одна травница? Так, а ну-ка давайте-ка кыш! — Ирма вдруг прошла к двери, открыла её и вытолкала Виолу за дверь. — Будет мне ещё указывать, пигалица!

— Я всё дедушке расскажу! — послышался возмущенный голос девушки.

— Обязательно расскажи! Послушаю, что он скажет, ха-ха, — проскрипела Ирма, хлопая дверью, за которой стояли зеваки.

Послышался рассерженный удар в дверь, но Виола не рискнула заходить снова. Я мысленно ухмыльнулся — бабка мне определённо нравилась. Вот только причитает, когда парень умирает!

Похоже в этом мире человеческая жизнь дешевле редкой травы. Но Барут мне нужен, а Ирма торгуется, будто на базаре. Если так и дальше пойдёт, то парень просто умрёт. Я стиснул кулаки и шагнул вперёд.

— Травы можно новые найти. А человек умирает, — сказал я, глядя ей в глаза. — Достану тебе твой огнежар, если надо, но помоги Баруту.

Ирма замерла, её маленькие глаза сузились, а взгляд будто просверлил меня насквозь. Стёпа за спиной затих.

Я стоял и смотрел прямо на неё. Знал таких, как Ирма, — они любят держать всё под контролем, но есть подозрение, что Макса она всё же любит.

Алхимик кашлянул, его лицо покраснело от возмущения. Он шагнул к Ирме, его длинные пальцы сжались в кулаки.

— Ирма, я понимаю. — сказал он холодно. — Но ты же знаешь, чей это сын! Упрямая бабка! Хочешь, чтобы издох Мастер?

Та фыркнула, скрестив руки, её платок чуть сполз, обнажив седые волосы, спутанные, как птичье гнездо.

— А мне что? — огрызнулась она. — Огнежар — это не капуста с огорода!

Моральная дилемма была мне понятна — старуха привыкла выживать, как и все в этой деревне. Здесь, где звери могут разорвать в клочья, а Раскол плюётся магией, каждый думает о себе и близких.

Что это за редкий цветок?

— Ирма, — сказал я твёрдо, шагнув ещё ближе. — Я же сказал — достану огнежар.

Она посмотрела на меня, и на миг её лицо смягчилось, но тут же она хмыкнула, её голос стал чуть тише, но всё ещё ядовитым:

— С каких пор я для тебя Ирма, а не бабушка? Ох, парень, смотри, — сказала она холодно. — Ты хоть и мой внук, но такое заверение отработать придётся. Готов в лес пойти? Это тебе не по двору шататься.