Книга Реплика, страница 67 – Николай Скиба

Ксиккар-дролах. Уровень 25. Хранитель разлома.

Крупные двухметровые насекомые с острыми клыками и толстой бронированной оболочкой уже мчались к человеку. Внешне они походили на скарабеев, а громкие хриплые звуки, похожие на скрежет костей, отзывались дрожью по коже. Стоп!

Саня крутанулся с мечом в руке, одновременно пригибаясь от потенциального укуса. Мерзкие звуки роя слились в один сплошной гомон, отчего столп пропустил подкравшихся сзади астрикалов. Неожиданность сыграла свою роль - инсектоиды подобрались слишком близко, а хоть и прокачанная, но все еще не развитая выносливость, на которую Саня поставил, еще не давала нужного результата.

Навык шипы активирован

Человек вскрикнул от боли – непонятно как, но один из астрикалов не попал под удар, использовал свой шанс и, рванув вперед, впился в бицепс Сашиной левой руки.

Реплика задрожала от ярости. Глаза столпа налились кровью, лицо покраснело и он, схватив один из шипов на теле, с силой рванул рукой вниз. Шип треснул, отдавшись невообразимой болью в груди, а Саня, превозмогая, всадил импровизированную иглу аккурат в лоб астрикала.

Решив перенести время жалости к себе на завтра, столп уже смотрел на мчавшихся на него хранителей разлома. Гарнеки и астрикалы бесконечной хитиновой кучей бежали друг по другу, врезались на поворотах, но неслись на Саню.

— Давай, как учились! – заорал человек фантому и вытянув левую ногу, перенес вес тела на согнувшуюся правую, одновременно замахиваясь мечом двумя руками.

Навык ледяная волна 2 активирован

Навык артефакта «Охлаждение» активирован

Ледяной гнев завибрировал в руках, сердцевина морозной руды задребезжала в эфесе, формируя на лезвии острую полосу льда.

Навык наитие активирован

Наитие помогло прочувствовать тот самый секундный миг, когда активированная комбинация навыков достигла пика. И он ударил.

Сначала от человека оторвалась волна сухого ледяного мороза, заставившая рой замедлиться. С секунду ничего не происходило, а затем формирующаяся ледяная волна, острая как бритва, с диким гулом вырвалась вперед. С каждый сантиметром её размеры увеличивались, она становилась длиннее и шире пока не заполонила своей длиной всю площадь пещеры. Скорость, с которой эта атака неслась вперед показалось бы обычному человеку невероятной. Невозможной.

Волна вырезала инсектоидов десятками, разрубая зазевавшихся членов роя, не оставляя им и шанса на выживание. Гарнеки, чьи панцири так же задело, взрывались, обдавая кислотой своих же сородичей. Астрикалы, хитиновый покров которых сжигало за секунды, хаотично пикировали на землю, подобно японским пилотам-камикадзе, и разбивали свои муравьиные морды в мясо. Когда волна добралась до хранителей разлома, её эффект ослаб.

Первый дролах лбом принял удар, а остальные юрко отпрыгнули за тушку союзника, которую разрубило пополам. Две части тела скарабея разъехались, обнажая вонючие органы.

Несколько десятков выживших инсектоидов приближались, но резко остановились. Выжившие хранители разломов издали какой-то треск, будто взяли управление роя на себя.

Саня тяжело дышал, пот застилал глаза, предательская боль в легких подсказывала, что его ресурсы на исходе. Оставалось порядка пяти гарнеков и десятка два астрикалов. Ну и дролахи. Грёбаные скарабеи рассредоточились на равные по силе группы и сейчас окружали столпа.