Книга Я еще скелет? Да сколько можно!, страница 84 – Алексей Сказ, Паркер Прах

Гольдштейн посмотрел ему прямо в глаза.

— Хаос.

Рагнар недоверчиво нахмурился.

— Хаос?

— Я хочу, чтобы город сгорел, — ровно ответил орк. — Без остатка и надежды на восстановление. Чтобы от него не осталось ничего, даже воспоминаний.

Зал взорвался смехом. Бандиты гоготали, хлопая друг друга по спинам и терзая пленников в порыве нахлынувшего адреналина.

— Орчёночек спятил!

— Банкиришке кто-то сделал очень бо-бо!

Но Рагнар молчал, его взгляд больше не отрывался от Гольдштейна.

— Ты говоришь так, словно мы не способны этого сделать, — сказал он с явной угрозой.

— Нет, — ответил Гольдштейн. — Вы способны наложить кучу прямо посреди площади, убить нескольких бедолаг, разрушить улочку, но этого мало. Мне нужно больше. Я хочу, чтобы город умер. А для этого… — он сделал паузу, — вы слабаки, иначе не прятали бы задницы по своим подвалам.

Смех оборвался. Рагнар медленно наклонился, его морда оказалась в сантиметре от лица орка.

— Повтори.

Гольдштейн не отступил.

— Вы — подзаборный скурившийся мусор. А было бы это иначе, я давно бы купил каждого из вас. Однако есть кое-что, на что способны только такие отморозки, как вы. Мне нужен инструмент, который сломает город изнутри.

На морде Рагнара заиграла странная улыбка.

— Интересно, — пробормотал он. — Очень интересно.

Он развернулся к изголовью своего трона, достал маленькую, почти игрушечную ампулу. Жидкость внутри переливалась багровым светом, словно живая.

— Знаешь, что это?

Гольдштейн молчал.

— «Дыхание Дракона», — сказал Рагнар. — Алхимический яд. Настолько мощный, что одна капля превращает человека в пепел за секунды.

Он повернулся к одному из своих людей — молодому орку, который стоял неподалёку.

— Открой пасть.

Орк побледнел.

— Босс… я…

— Пасть открыл, ублюдок.

В его голосе прозвучал такой неприкрытый намёк, что орк тут же почти опустился перед Рагнаром на колени и послушно разжал челюсти.

Рагнар поднёс ампулу к его губам и наклонил. Одна капля. Всего одна.

Орк дёрнулся, его глаза расширились. Рот раскрылся в беззвучном крике и из него вырвался настоящий огонь. Затем его кожа начала дымиться.

Гольдштейн наблюдал, не моргая.

Тело орка вспыхнуло изнутри. Огонь не был красным или жёлтым — он был багровым, почти чёрным. Плоть плавилась, кости трещали, а сам орк даже не успел упасть. Он просто… рассыпался. За пять секунд от него осталась лишь куча пепла и дымящийся скелет.

Зал молчал.

Рагнар повернулся к Гольдштейну.

— Видал? — усмехнулся он.

Гольдштейн медленно кивнул.

— Сколько у вас этого яда?

— Это особая игрушка, осталось лишь около трёх полных цистерн, — ответил Рагнар. — Каждая — по двести литров.

Гольдштейн задумался. Потом поднял взгляд.

— Я хочу всё.

Рагнар усмехнулся.

— Всё? И что ты вздумал с этим делать?

— Солью в реку, — спокойно ответил орк.

Пауза.

Рагнар уставился на него. Затем медленно начал смеяться. Низко и утробно, словно рычал.

— Ты… ты действительно спятил.

Бандиты переглянулись. Кто-то засмеялся, а кто-то молчал, словно не веря услышанному.

Рагнар снова повернулся к Гольдштейну, на его морде играла широкая, безумная улыбка.

— Мне нравится, банкир. Ты принёс мне лучший подарок, который я когда-либо получал.

Он протянул Гольдштейну лапу.

— Ты отдаёшь нам всё что у тебя есть, взамен забираешь нашу убийственную приправу и гарантию, что мои ублюдки хорошенько омоют городок его собственной кровью.