Книга Шеф с системой. Крепость, страница 78 – Тимофей Афаэль

Он посмотрел в окно. За стеклом темнел город, падал снег. А ведь можно было обойтись малой кровью. Можно было договориться.

Князь хотел войны с Церковью? Пусть получает.

Отсмеявшись, Оболенский придвинул к себе чистый лист пергамента.

Перо. Чернильница. Он провёл столько лет на службе, что мог писать донесения даже во сне.

Но сначала — подумать.

Оболенский откинулся в кресле и уставился в потолок.

Александр Веверин. Кто ты такой, парень?

За двадцать лет службы Ревизор видел всякое. Самородков, которые поднимались из грязи и сгорали за год. Хитрецов, что плели интриги и попадались на мелочах. Гениев, которые не понимали, в какие игры ввязываются.

Веверин не был похож ни на кого из них.

Мальчишка стоял у очага и варил зелье, пока за его спиной гвардейцы Тайного Приказа готовились его вязать. Словно ему плевать, что его сейчас заберут. Он даже голос не повысил. Просто сказал — подожди, Оболенский, человек умирает.

И Оболенский ждал. Почему?

Потому что увидел в его глазах спокойствие человека, который знает себе цену, понимает, что делает, и готов отвечать за последствия.

Такие люди опасны, но они же и полезны.

Оболенский встал и прошёлся по кабинету.

Город сейчас представляет из себя котёл, который вот-вот закипит. Белозёров у власти, но его власть шаткая. Старый посадник смещён, но у него остались сторонники. Гильдия грызётся между собой, бояре точат ножи друг на друга.

И посреди всего этого — Веверин. Строит Ярмарку, работу даёт нищим, лечит больных. Собирает вокруг себя людей. Угрюмый с его слободскими, Щука с портовыми, теперь ещё Вяземские и Шуваловы. Церковь его прикрыла, дала грамоту и охрану.

За несколько месяцев мальчишка из ниоткуда стал силой, с которой приходится считаться.

Как?

Оболенский налил себе ещё медовухи и отпил.

Дело не только в его умениях. Алхимик — это ценно, но одними зельями такое влияние не заработаешь. Всё дело в том, как он себя ведёт. Он не прячется и не пытается угодить всем сразу. Делает своё дело и прямо смотрит людям в глаза.

Теперь вот еще лечебницу церковную строит на свои деньги.

Оболенский усмехнулся. Интересный расклад. Князь хочет забрать Веверина в столицу, посадить в подвал и заставить варить зелья по приказу. Да только такого человека в подвале не удержишь. Он точно отравит всех к чертям.

А вот на свободе, под правильным присмотром…

Ревизор покачал головой. Не его дело думать о таких вещах. Его дело — выполнять приказы.

Оболенский сел за стол и обмакнул перо в чернила.

'Государю Великому Князю Всеволоду Ярославичу. Срочное донесение.

Операция по изъятию объекта провалена.

При попытке задержания объект получил защиту Северной епархии. Ктиторская грамота, подписанная казначеем Иларионом. Пятнадцать храмовников Владычного полка выделены на его охрану.

Местные бояре обнажили мечи в защиту объекта.

Силовой захват невозможен. Это война с Церковью.

Жду указаний'.

Коротко и по существу.

Оболенский перечитал написанное и добавил ещё одну строчку:

«Остаюсь в городе. Продолжаю наблюдение».

Вот так. Пусть Князь решает, что делать дальше, а он пока присмотрит за Вевериным.

Интересно ведь, что этот парень выкинет дальше?

Ревизор свернул пергамент, запечатал сургучом и вышел в коридор.

— Кречета пошли в Княжеград.

Гвардеец кивнул и исчез.