Книга Шеф с системой. Битва на Ярмарке, страница 26 – Тимофей Афаэль

— Садитесь, ешьте, — сказал я. — Заслужили.

Они набросились на свертки.

Варя ела медленнее. Доела, вытерла рот:

— Что он сказал?

Я посмотрел на нее:

— Что завтра будет тяжело, но мы справимся.

Матвей доел свой Огненный Язык:

— Александр… мы правда готовы?

Я посмотрел на них. Уставшие, но с горящими глазами.

— Готовы.

Мы вернулись в дом. Дети рухнули на лавки.

Я остался стоять:

— Завтра будет тяжелее. В десять раз. Толпа, крики, работать быстро надо. Еще Гильдия рядом. Они будут ждать, когда мы сорвемся.

Пауза.

— Но мы не сорвемся. Потому что у нас есть огонь, потому что мы команда и у нас есть блюдо, которое они никогда не пробовали.

Матвей поднял голову:

— Мы справимся.

Варя:

— Справимся.

Я кивнул:

— Так, всем спать. Встаем до рассвета.

Они разошлись по комнатам.

Варя задержалась:

— Спасибо, — тихо сказала она.

— За что?

— За то, что не сдался, когда я уже сдалась.

Она ушла. Я остался один. Смотрел на остывающий очаг.

Завтра начнется моя война.

Рассвет пришел холодный и серый. Я проснулся раньше всех — если это вообще можно было назвать сном. Пара часов забытья. Тело болело, спина затекла, руки ныли от вчерашней работы, но времени на отдых не было.

Я поднялся, размял плечи. На кухне все было готово. Три глиняных горшка с Соусом Ярости стояли у очага, накрытые крышками. Огромная миска с тестом под влажной тряпкой. Корзины с чистыми овощами — репа, брюква, морковь.

Инструменты сложены на столе. Ножи в тряпке. Скалки. Сковороды. Собрали все, что у нас было.

Я вышел во двор. Мороз крепчал — воздух обжигал легкие. Небо посветлело, но солнце еще не взошло.

Драконий Горн стоял на тележке, остывший и тихий. Камни, глина, железная труба, торчащая вверх. Решетка-жаровня сверху, покрытая тонким слоем инея. Я обошел печь вокруг, проверяя. Камни держатся. Глина не потрескалась. Труба сидит плотно. Все на месте.

За спиной скрипнула дверь. Обернулся — Варя вышла на крыльцо, кутаясь в платок. Лицо бледное, под глазами темные круги. Она тоже почти не спала.

— Который час? — тихо спросила она.

— Скоро рассвет, — ответил я. — Пора будить остальных.

Она кивнула, вернулась в дом. Через несколько минут во двор начали выходить дети. Один за другим. Сонные, взъерошенные, но уже одетые в дорогу.

Матвей. Тимка. Петька. Стёпка. Антон.

Они собрались вокруг тележки с Драконьим Горном. Молчали, ежились от холода. Дышали паром.

— Слушайте внимательно, — сказал я. — Говорю один раз.

Они выпрямились, подтянулись ближе.

Я положил руку на край тележки:

— Через час мы будем на Ярмарочной площади. Там — толпа, шум, гам. Гильдия со своими павильонами. Масштаб большой. Они богатые. Мы — нет.

Пауза. Никто не перебивал.

— Мы идем туда с тем, что есть, — продолжил я. — Наше оружие — не дорогие ингредиенты, а скорость, огонь и дерзость. Не боимся, работаем быстро и слаженно, как репетировали вчера. Понятно?

— Понятно, — отозвались они хором. Голоса тихие, но твердые.

Я кивнул:

— Хорошо. Теперь конкретно.

Я начал перечислять:

— Как только придем на место — разжигаем Драконий Горн. Быстро, без промедления. Матвей, Тимка — вы отвечаете за растопку и дрова. Чтобы огонь не гас ни на секунду.

Они кивнули.

— Варя, Петька — тесто и раскатка. Как вчера лепешка за лепешкой.

Варя кивнула.