Книга Шеф с системой. Империя вкусов, страница 32 – Тимофей Афаэль

— Эта крупа старая, — заявила она. — В ней жучки будут.

— Какие жучки⁈ — возмутился торговец. — Свежее некуда!

— Вот эту возьму, — указала Варя на другой мешок. — А за ту цену, что ты просишь, я у Степана куплю.

Торговец поморщился:

— Ладно, ладно. Скидку сделаю.

И снова Варя победила. Матвей начинал понимать — эта девчонка была настоящим бойцом. Просто поле боя у нее было рынок, а оружие — знание цен и умение торговаться.

Последней остановкой был торговец медом. Толстый, лысый мужик с хитрыми глазками.

— Вот, молодые люди, — заискивающе сказал он. — Лучший мед в городе! Прямо с пасеки!

Варя молча взяла ложку, зачерпнула немного меда. Понюхала, повертела на свету, разглядывая цвет и текстуру. Потом попробовала — и её лицо стало каменным.

— Это не цветочный мед, — спокойно сказала она.

— Что⁈ — возмутился торговец. — Чистейший цветочный! Сам собирал!

— Липовый, — невозмутимо продолжила Варя. — Хороший, качественный, но липовый, а ты его продаешь как цветочный, который вдвое дороже.

Мужик побледнел: — Да ты что несешь, девчонка! Откуда тебе…

— Цвет светлее, — перебила его Варя, указывая ложкой. — Цветочный — темно-золотой, почти янтарный. Этот — бледно-желтый. Плюс запах — у липового сладкий, но без той густоты, что у цветочного и на вкус он легче, не такой насыщенный.

Она поставила ложку на прилавок и посмотрела торговцу в глаза: — Липовый мед хороший, я его возьму, но по нормальной цене — две монеты, а не четыре, как за цветочный.

Торговец открыл рот, потом закрыл. Понял, что обманывать эту девчонку бесполезно. — Две с половиной, — буркнул он. — Последнее слово.

— Две с половиной так две с половиной, — кивнула Варя и отсчитала монеты.

Когда они отошли, Матвей покачал головой с восхищением:

— Как ты разбираешься в продуктах? Цвет, запах, консистенция… Мастер тоже так делает, когда выбирает ингредиенты. Только я пока не научился так хорошо.

— Мастер? — переспросила Варя, бросив на него быстрый взгляд. — Ты про Александра?

— Да, — кивнул Матвей, и в его голосе прозвучала такая искренняя теплота, что Варя невольно замедлила шаг. — Он мой учитель. Спас меня, когда я умирал от голода в крепости, где нас обоих держали. Я был никем — поваренком, которого все пинали, а он… он увидел во мне человека.

Варя молчала, слушая.

— Он не обычный повар, — продолжал Матвей, глядя куда-то вдаль. — Он умеет видеть то, чего другие не замечают. В людях, в продуктах, в ситуациях. Помнишь, как он вчера готовил мясо? Для него каждый кусок — способ говорить с людьми.

— Говорить? — нахмурилась Варя.

— Ну да. Он накормил тебя и детей не просто чтобы накормить, а показать, что вы для него важны. Что он о вас заботится, — Матвей наконец посмотрел на нее. — Мастер всегда так делает. Сначала кормит, потом говорит. Потому что сытый человек слышит лучше, чем голодный.

Варя шла молча, переваривая услышанное.

— А откуда он? — наконец спросила она. — Он же не из здешних и ты тоже.

— Мы с севера, — коротко ответил Матвей. — Служили у одного знатного рода. Но… так вышло, что нам пришлось уехать. Начать заново.

Он не стал вдаваться в подробности — про войну, про интриги, про Морозовых. Варя не должна была знать слишком много, но и соврать он не мог.

— Понятно, — кивнула Варя. Видимо, она привыкла, что люди в Слободке редко рассказывают всю правду о своем прошлом. — Значит, он твой учитель. Чему он тебя учит?